Сайт создан по благословению Высокопреосвященнейшего
Митрополита Тверского и Кашинского Виктора

Арсений V (Крылов)

Хиротонисан: 26.08.1945, еп. Калининский и Великолуцкий;

с 17.03.1950 еп. Уфимский и Башкирский;

с 31.07.1952 еп. Уфимский и Стерлитамаский;

с 17.11.1953 еп. Черниговский и Нежинский;

с 29.07.1954 на покое;

с 11.11.1954 еп. Костромской и Галичский;

с 17.09.1956 на покое;

умер: 26.05.1962.

 

  Биография:

      Преосвященный епископ Костромской и Галичский Арсений (в миру Алексей Васильевич Крылов) родился 12 марта (по старому стилю ) 1879 года в селе Петровском Верейского уезда (ныне Нарофомннский район; Московской области). Его отец. Василий Федорович Крылов, был псаломщиком при церкви села Петровского. В их семье, кроме Алексея, были брат Виссарион и три сестры: Елизавета Вера и Зинаида. Брат впоследствии работал в Московской Патриархии. Алексей Васильевич свое первоначальное образование получил г. Москве, в Донском духовном училище. Окончив его в 1895 году, был переведен в Московскую духовную семинарию. Затем был учителем при Покровской монастырской церковноприходской школе Москвы. Одновременно Алексей становится псаломщиком в одном, из московских храмов.
       В 1908 году А.В.Крылов поступил на экономическое отделение Московского коммерческого института, окончив который получил звание кандидата экономических наук. Затем экстерном держал экзамен на юридическом факультете Московского университета и получил диплом об окончании курса со званием кандидата прав. В 1914 году А. В Крылов зачислен помощником присяжного поверенного Окружной судебной палаты.
       С 1918 по 1944 год он работает в различных государственных учреждениях. Сначала поступает старшим ревизором Московского отделения Государственного контроля (впоследствии РКИ -рабоче-крестьянская инспекция). В 1923 году переходит в Наркомерин РСФСР консультантом по гербовому сбору. С 1930 года – юрисконсульт в Центральном научно-исследовательском институте машиностроения, а потом несколько лет занимает ту же должность в Главкинопрокате. Во время воины работает юрисконсультом на копировальной фабрике «Мосфильм», после чего - в тресте местной промышленности Ленинградского района и на заводе во Всехсвятском.
       Затем для Алексея Васильевича начинается новая жизнь, посвященная служению Богу и Святой Церкви. Он всегда был глубоко верующим человеком, часто посещал храмы, особенно Богоявленский Патриарший собор. 16 января 1944 год;, он рукополагается во диакона, а через два дня - во священника. Служит отец Алексий в Богоявленском Патриаршем соборе, а затем его переводят в храм Рождества Пресвятой Богородицы во Владыкине.
       В 1945 году овдовевший к тому времени отец Алексий Крылов принимает монашество с именем Арсений, в честь святителя Арсения — епископа Тверского (†1409). В августе того же гола он был хиротонисан во епископа с назначением управляющим Калининской и Великолукской епархиями. Хиротонию совершали Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий I, архиепископ Алма-Атинский и Казахстанский Николай и епископ Тульский и Белевский Виталий.
       В Калинине (Твери) владыка Арсений служит в храме часто, даже и в небольшие праздники. На всенощном бдении постоянно читает акафисты. В Троицком соборе, именуемом Белой Троицей, устанавливает совершать литию на всенощных под воскресные дни. После каждого богослужения благословляет весь народ, находящийся в храме. Объезжает епархию, служит во многих храмах, старается найти священников туда, где их не хватает.
       Народ тянется к нему. Своим простым словом, часто апологетическим, владыка призывает паству на путь спасения. В то непростое для Церкви время он приглашает на служение в алтарь местных молодых людей и москвичей, даже мальчиков, несмотря на то, что существует запрещение властей вводить в алтарь ранее 18 лет. Владыка уделяет много внимания хору, выписывает ноты, приглашает певчих из Москвы. Привлекая молодежь в храм, он принимает всех у себя и сам не гнушается зайти к прихожанам и разделить с ними скудную послевоенную трапезу. В то время при храме и епархии не было служебных домов. Владыка жил на частной квартире, куда после вечерних богослужений его провожали верующие. Владыка всегда ходил пешком, неторопливо, по пути интересуясь нуждами и жизнью пасомых, утешая скорбящих. Когда одна из его чад уезжала по распределению на Урал, владыка благословил ее своим личным Евангелием, в котором были подчеркнуты наиболее важные события. И на большом расстоянии чувствовалась его духовная поддержка и забота.
       Во время и после войны стали открываться церкви. Часто в беседах и проповедях владыка рассказывал об открытии храма в Осташкове. До войны в этом бывшем соборе женского монастыря находился антирелигиозный музей, где хранились святые мощи преподобного Нила Столобенского. Музей со всеми экспонатами перевезли в другое место. А когда храм был открыт, среди мусора, оставшегося от музея, нашли святые мощи преподобного Нила. Таким образом их обрели и. конечно, оставили в действующем храме. Владыка всегда подчеркивал, что Господь устроил так.
       На служение в Осташков владыка назначает архимандрита Стефана (Светозароеа), эмигранта, прибывшего из Франции. Архимандрит сделал для мощей раку, подобно раке преподобного Никона Радонежского. В настоящее время святые мощи находятся во вновь открытой Ниловой пустыни на острове озера Селигер.
       Народ все больше и больше идет в храмы, но не дремлет и антирелигиозная пропаганда. Особенно рьяно вредит уполномоченный Хевронов. придумывая различные способы, чтобы помешать спасительной жизни епархии. Он однажды он вызывает владыку Арсения, советуя ему, например, почаще приглашать к себе архимандрита Стефана, чтобы выяснить отношение его к советской действительности. Владыка наотрез отказывается от этого предложения. Местные власти начинают усердную борьбу с ним. Распускают разные сплетни, пишут «жалобы», обкладывают священников и особенно владыку Арсения непомерным налогом. Его обвиняют во взимании платы за каждую службу в соборе, особенно на приходах епархии. Как юрист он старается доказать всю нелепость обвинения, обращаясь к местным властям в Калинине, а затем и в центральные органы в Москву. Его приписка о том, что законы у нас в СССР хороши, как в древнем Риме, но исполнители их не те что должны быть, расценивается как дерзость, и от Патриархии требуют его перевода.
       В марте 1950 года епископа Арсения переводят в Башкирию, где он становится епископом Уфимским и Башкирским. В Уфе он продолжает также часто совершать богослужения, освящает по всей Башкирии новые храмы. В Уфе тогда было четыре храма: небольшой деревянный собор в честь преподобного Сергия Радонежского. Крестовоздвиженский у вокзала, Всех Скорбящих Радости на кладбище, а позднее при участии в этом деле владыки Арсения был открыт Покровский храм.
       Епархиальное управление и покои владыки находились рядом с собором в небольшом деревянном домике. Владыке часто пешочком шел в храм, если даже не служил, стоял до конца службу, а потом уже принимал посетителей. После смерти архиепископа Куйбышевского Алексия владыке Арсению было поручено временно управлять также Куйбышевской епархией, и он не один раз ездил из Уфы в Куйбышев для служения и решения разных дел.
       В ноябре 1953 года владыку назначают в древний русский город Чернигов, нотам он пробыл всего год. Оттуда одной из духовных своих чад он писал, что язык украинский ему непонятен, отношение секретаря епархии, а также самого митрополита Киевского Иоанна недружелюбно. Летом 1954 года в связи с ухудшением здоровья владыка был уволен на покой, а в ноябре 1954 годе ему уже определено быть епископом Костромским и Галичским. С новой энергией взялся он за служение Богу и людям. Местные власти, а особенно уполномоченный М.Галкин, с первых дней его архипастырского служения стали мешать владыке.
       В Государственном архиве Костромской области хранится фонд уполномоченного по делам религии, переданный на хранение несколько лет тому назад. Немалый интерес для исследователей положения Церкви в советском государстве представляют информационные отчеты, докладные Костромского уполномоченного в вышестоящие инстанции под грифом «секретно». Так, в отчете за 1955 год (ГАКО, фонд 2102. опись 5, ед.хр. 20) областной уполномоченный М.Галкин докладывал в Москву Председателю совета по делам Русской Православной Церкви при Совете Министров СССР Г.Г.Карпову, что, будучи у него на приеме 8 февраля 1955 года, епископ Арсений высказал пожелание, «чтобы крестные ходы вокруг каждой церкви духовенство и верующие имели право устраивать в течение всей пасхальной недели и в каждый престольный праздник данной церкви, что такой порядок якобы существует в Калининской области и в Башкирской АССР, где он ранее управлял епархиями. Исходя из того, что такой порядок устройства крестных ходов может сильно помешать выполнению прихожанами гражданских обязанностей, особенно в период полевых работ, я епископу Арсению не дал согласия отменять существующий порядок об устройстве крестных ходов вокруг церкви...» Таким образом, уполномоченный нарушил существовавшее законодательство, ибо процессии в пределах церковной ограды разрешались. В отношении практической деятельности областной уполномоченный в том же отчете сообщал: «8 февраля епископ Арсений, будучи у меня на приеме, во-первых, информировал меня о том, что обязал настоятелей крещение производить и вне церкви, то есть на дому...» То, что не запрещалось законом, запрещалось уполномоченным. Однако во время возглавления епископом Арсением Костромской кафедры благодаря его смелости, а также юридическому образованию удавалось весьма успешно противодействовать противозаконным актам властей. Событие, произошедшее 15 мая 1956 года, заставило уполномоченного обратиться со специальным сообщением к Председателю совета по делам РПЦ Г.Г.Карпову:
       «Настоящим сообщаю Совету, что Костромской епископ Арсений во время моей болезни организовал 15 мая 1956 г. массовое моление под открытым небом в г. Костроме на городском кладбище. Более 30 лет в г. Костроме под открытым небом на городском кладбище не проводилось массовое моление, т.е. так называемая «общая панихида». Но в этом году епископ Арсений, пользуясь тем обстоятельством, что я лежал в больнице, решил устроить общую панихиду под открытым небом... Проводил службу на городском кладбище под открытым небом сам епископ Арсений в сопровождении 6-ти священников из церквей г. Костромы и 3-х диаконов. Эта служба под открытым небом епископа Арсения вызвала сильное возбуждение как в городских партийных в советских организациях, так и в областных организациях. Областной комитет партии и облисполком настойчиво требуют от меня о том, чтобы я просил Вас, товарищ Карпов, о немедленном удалении епископа Арсения с поста управляющего Костромской епархией за то, что он делает массовое возбуждение религиозных суеверий. Управляющий Совета по делам РПЦ при Совете .Министров СССР по Костромской области М.Галкин». (Фонд 2102, опись 5, ед. хр. 24).
       Уполномоченного не оставляло в покое и содержание проповедей, произносимых епископом в храме: «Заступив управляющим Костромской епархии, епископ Арсений открыто использует церковную кафедру для систематической пропаганды среди верующих враждебных антиматериалистических взглядов. Так, он 7 и 26 декабря 1954 года, 6 января и 20 февраля 1955 года выступал с проповедями перед верующими в кафедральном соборе г. Костромы, призывал их не верить в материалистическое учение, высмеивал дарвинизм, всю современную науку клеветнически называл лжеучением, епископ Арсении заявил, что единственно истинной наукой является учете Христовой Церкви. Он в этих проповедях советовал молящимся не верить нынешним учениям материалистов, убеждал верующих в необходимости укреплять веру в бога. 20 февраля 1955 года в проповеди он, кроме вышеназванного, добавлял, что истинный христианин не должен верить сообщениям советской печати, потому что все о чем пишут в советских газетах, является ложью» (Из отчета от 17/V1II-55).
       В период конца 40-х — начала 50-х годов в Советский Союз из Франции, Болгарии, Китая вернулась часть эмигрировавшего русского духовенства. Некоторые из этих духовных лиц были направлены в Костромскую епархию. Владыка Арсений назначал таких священнослужителей благочинными, настоятелями крупных приходов. Вот что сообщал по этому поводу уполномоченный: «...епископ Арсений с целью ослабления патриотической позиции церкви и ослабления патриотической деятельности духовенства проявляет особую заботу о духовенстве, вернувшемся из мест заключения, из эмиграции... Такие священники, как правило, не уделяют внимания вопросам защиты мира, не призывают верующих поддерживать политику нашего правительства...»
       О том, как владыка защищал интересы Церкви, говорит следующее донесение уполномоченного: «...когда к нему обращаются верующие, он им устно и письменно обещает поддержать их ходатайства об открытии церквей и учит их, как надо оформить... В результате этой деятельности епископа Арсения в 1-м полугодии 1956 года по нашей области было подано 18 заявлений об открытии 11 церквей и все в центральные партийные и советские организации, тогда как за весь 1953 год было подано 4 заявления об открытии 4 церквей. Информируя Вас об этом, прошу: ...переговорить по телефону с председателем совета по делам РПЦ при Совете министров СССР тов. Карповым о немедленном отстранении епископа Арсения от управления Костромской епархией. Уполномоченный Совета по делам РПЦ при Совете Министров СССР по Костромской области М.Галкин» (Из докладной на имя председателя облисполкома Баранова М.Т. и секретаря обкома КПСС Соколова A.B. от 16.08.56 г., ГАКО, Ф. 2102, опись 5, ед.хр. 24).
       Грубое вмешательство в дела Церкви в те времена было обычным делом. По просьбе или требованию уполномоченного при Совете Министров СССР, по благословению Святейшего Патриарха Алексия владыка Арсений в 1956 году получает двухмесячный отпуск для лечения и отдыха, а затем журнальным определением Патриарха и Священного Синода принимается постановление «...уволить владыку Арсения, а после выздоровления иметь суждение о назначении Преосвященного епископа Арсения на ту или иную кафедру». Но суждения так в течение восьми лет и не было.
       Владыка Арсений после отправления на покой просил разрешения у Его Святейшества Патриарха Алексия служить в одном из московских храмов. Патриарх благословил служить в храме в честь иконы Божией Матери «Нечаянная радость» в Марьиной Роще. Часто владыка бывал и в Богоявленском Патриаршем соборе в числе иерархов, сослужащих Святейшему Патриарху в большие праздники. Он участвовал в хиротонии епископа Касианна Костромского и Галичского.
       Жил владыка в своей квартире у Белорусского вокзала, а летом на даче в Сходне. У себя на квартире и в храме, когда служил, он принимал и утешал всех, кто приходил к нему, хотя в то время ему было 79 лет и здоровье его уже было расстроено. Однако он неизменно был бодр и жизнерадостен. Его часто навещали не только москвичи, но и знакомые из Твери, Уфы, Костромы, и он всегда с большой любовью принимал посетителей, утешая, вразумляя, молясь за всех. Духовенству владыка преподносил различные богослужебные вещи и книги, делая дарственные надписи. Сохранилось несколько таких вещей и книг. Вот одна из них — Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа на четырех языках. Надпись на книге гласит: «На молитвенную и добрую память моему иподиакону Александру Сергеевичу Куликову за честное и весьма добросовестное служение и отношение ко мне смиренному епископу Арсению — во время служения и после оного. Да благословит Всемилостивый Господь Бог его раба Божия Александра на служение Божие истинным пастырем, к чему он и готовится. Смиренный Епископ Арсений г. Москва 27 апреля 1958 г.» 26 мая 1962 года епископ Арсений, придя домой из храма, внезапно скончался от инфаркта миокарда на 84-м году жизни. Отпевали владыку в Елоховском Богоявленском соборе. По благословению Патриарха Алексия в отпевании участвовали епископ Дмитровский Киприан, епископ Можайский настоятель собора Леонид и епископ Донат. Похоронен владыка Арсений на Ваганьковском кладбище Москвы.
       Отличавшийся смирением и добротой к своей пастве, он всегда защищал интересы Церкви от беззакония властей, отчего претерпел в жизни немало неприятностей. Одна из духовных его детей, сотрудница Епархиального управления, так вспоминает о нем: «Я могла бы только сказать о духовности владыки Арсения, которая не всегда была понимаема и видна и мною, и родными, и окружающими, потому что все такие качества его души он тщательно скрывал. Помню, как митрополит Вениамин (Федченков) в своей деловой переписке с ним в телеграмме написал: «смирен Вашим смирением». В Уфе старые-престарые монахини говорили: Вот стоим (во время служения владыки Арсения в храме) и не устаем... Несомненно он был прозорлив, молитвенник за всех».
       Верим, что Господь упокоит душу его с праведными!

С.С.Куликова

       Публикуется по:

       С. С. Куликова. Епископ Арсений (Крылов) (1879-1962). «Московский Журнал», 1997 г., №6, стр. 36-41.

    Епископ Арсений (Крылов) скончался 26 мая 1962 в Москве. Погребён на Ваганьковском кладбище в городе Москва.

          (Материалы сайта Церковный некрополь)

 


Навигация

Система Orphus