Слово на открытии и освящении памятника святому страстотерпцу царю Николаю II в городе Твери
Всечестные отцы!
Дорогие братья и сестры!
ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!
Сегодня мы с вами совершаем необычное и исполненное глубокого духовного смысла дело. Мы открываем и освящаем памятник последнему Государю Российской Империи, святому страстотерпцу царю Николаю Александровичу.
Место для этого избрано не случайно. Перед нами – Владимирская церковь, которая была построена в те самые годы, когда Россия находилась под державным скипетром императора Николая II. Храм Владимирской иконы Божией Матери был построен по распоряжению императора Николая II Романова, как один из типовых воинских храмов для нижних чинов, со своей стороны император Николай II пожертвовал на строительство храма 40 тысяч золотом. В 1904 году, здесь была совершена первая Божественная литургия.
Тяжелые испытания, попущенные Богом нашему Отечеству, не обошли стороной и этот храм, долгие годы здесь гремела музыка и был клуб «Заря». Но это была не заря духовного и даже интеллектуального возрождения. Это было зарево пожарища, в котором сгорала Святая Русь.
Милостью Божией, в 2002 году, когда в этих стенах еще росли деревья, когда не было крыши и вокруг было запустение, началось восстановление храма. Сегодня приход живет полноценной жизнью. Этот храм, как и многие другие храмы в нашем Отечестве, является видимым свидетельством того, что вера неистребима, что правда Божия всегда торжествует.
Сегодня мы освящаем здесь памятник святому страстотерпцу царю Николаю. Для все нас он явил подлинно христианское отношение к постигшим его испытаниям и всем сердцем стремился исполнить волю Божию – не свою волю, не волю политических партий, но волю Того, Кто сказал: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15, 13).
В дневниках и письмах государя нет злобы к мучителям. Напротив, он пишет о прощении, о надежде на милость Божию. Это удивительное смирение, когда человек, обладавший всей полнотой власти, оказывается в подвале Ипатьевского дома, принимает смерть от рук палачей, но не проклинает их, а молится. Это и есть путь страстотерпца. И здесь мы невольно задаемся вопросом: а как я отношусь к тем испытаниям, которые посылает мне Бог? Когда на меня нападают враги, когда меня предают близкие, когда я теряю здоровье, работу, положение? Уподобляюсь ли я в этот момент святому царю, который в самых тяжких обстоятельствах говорил: «Да будет воля Твоя»?
Пусть образ этого святого страстотерпца укрепляет нас в трудные минуты. Пусть его заступничество пред Престолом Всевышнего хранит наше Отечество, нашу Тверскую землю, этот возрожденный Владимирский храм и всех, кто с верою обращается в молитве к Богу.
