Доклад игумении Иулиании (Каледы), заместителя председателя Синодального отдела по монастырям и монашеству, настоятельницы Зачатьевского ставропигиального женского монастыря на XXXIV Международных Рождественских образовательных чтениях «Просвещение и нравственность: формирование личности и вызовы времени»; направление «Древние монашеские традиции в условиях современности», секция «Монашеское наследие Египта и актуальность его опыта для современного русского иночества» (Зачатьевский ставропигиальный женский монастырь, 30 января 2026 года)
Ваше Высокопреосвященство, Ваши Преосвященства,
досточтимые отцы, матушки игумении,
дорогие братья и сестры!
Благодарение Богу, ибо по милости Божией, мы имеем возможность встречаться на таких монашеских собраниях и находить для себя ответы на волнующие вопросы, открывать новые горизонты, обретать новых единомышленников, участвовать в соборной молитве. Сегодняшняя секция посвящена монашеской традиции Египта. Это не первый опыт обращения к теме египетского монашества. Первая конференция, посвященная монашескому наследию Египта, состоялась в ноябре 2018 года, после одной из поездок большой делегации монашествующих. Затем доклады о египетском монашестве звучали во время региональных конференций, на Собрании игуменов и игумений Русской Церкви. Однако сегодня мы впервые собираемся для всестороннего освещения темы взаимодействия с современным египетским монашеством и, кроме того, имеем уникальную возможность личного общения с представителями коптского монашества в лице дорогих гостей нашей секции – епископа Даниила и игумении Василии с сопровождающими монашествующими, а также доктора Антона Милада, поэтому надеемся, что сегодняшняя встреча особенно принесет всем практическую пользу.
К наследию преподобных египетских отцов, дошедшему до нас в Патериках и других исторических жизнеописаниях, а также в древних монашеских уставах, на протяжении многих веков и в настоящее время обращались и обращаются монашествующие как к источнику – руководству на пути духовной жизни.
Сегодня мне предложено обобщить небольшой опыт ознакомления с современной жизнью египетских монастырей, приобретенный в результате общения с египетскими монашествующими как во время поездок в Египет, так и во время встреч здесь, в России. Хотелось бы не только поделиться наблюдениями, выделить практические аспекты, но и наметить основные шаги дальнейшего изучения этой древнейшей монашеской традиции и взаимодействия с египетскими обителями.
Практическое обращение к изучению опыта египетского монашества в современной жизни Русской Православной Церкви на общецерковном уровне началось после встречи Святейшего Патриарха Кирилла и Святейшего Патриарха Тавадроса II в октябре 2014 года. Именно тогда Святейший Патриарх Кирилл благословил осуществление поездок делегаций монашествующих в монастыри Египта, а также прием делегаций Коптской Церкви в канонических пределах Русской Православной Церкви. Решением Священного Синода от 5 мая 2015 года была учреждена Комиссия по диалогу между Русской Православной Церковью и Коптской Церковью. В ноябре 2016 года, в рамках этого диалога, состоялась первая поездка делегации монашествующих Русской Церкви во главе с председателем Синодального Отдела по монастырям и монашеству архиепископом Сергиево-Посадским Феогностом (ныне – митрополит Каширский) в египетские монастыри, для поклонения христианским святыням и ознакомления с монашеской жизнью современных обителей. С самой первой поездки стало очевидно, что монастыри Египта сегодня – это оазис монашеской жизни, устроенной на традициях древних египетских отцов – родоначальников монашества. Несмотря на сложную и многострадальную историю коптского народа, им все же удалось сохранить древние традиции, и сегодня в жизни египетских монастырей мы находим воплощение обычаев и многих характерных черт древних монашеских уставов.
Милостью Божией, с 2016 года по настоящее время совместно с ОВЦС было организовано более десяти паломнических поездок официальных монашеских делегаций, во главе с Преосвященными архиереями, из разных епархий Русской Православной Церкви, также была организована поездка монашествующих Украинской Православной Церкви во главе с пребывающим ныне в узах митрополитом Святогорским Арсением. Последние три года поездки совершаются дважды в год – весной и осенью, в их состав стало входить больше насельников и насельниц русских монастырей. За эти годы русские монашествующие посетили около 20 действующих коптских монастырей. С 2017 года началась также практика приема в России делегаций монашествующих Коптской Церкви, посещавших не только обители Москвы, но и Дивеево, и Оптину пустынь, Валаамский монастырь, Толгский и Успенский Вышенский монастыри, обители Тверской, Новгородской, Санкт-Петербургской, Мордовской митрополий. В процессе такого регулярного общения на протяжении девяти лет можно отметить, что многое поменялось среди наших игуменов и игумений в восприятии коптского монашества.
9 сентября 2025 года Святейший Патриарх Кирилл встречался с членами Комиссии по диалогу между Русской Православной Церковью и Коптской Церковью. Отметив важность знакомства руководителей и насельников русских монастырей с монашеским опытом и аскетической жизнью насельников коптских обителей, Его Святейшество констатировал: «Эти свидетельства открывают сердца православных людей навстречу вашей Церкви, ее духовности, ее историческому опыту и тем скорбям, через которые Коптская Церковь прошла».
Действительно, открытость, готовность увидеть, услышать, осмыслить опыт внутренней жизни монастырей, основанной на уставах родоначальников монашества, во многом могут способствовать укреплению и духовному обогащению нашего современного монашества, решению волнующих сегодня нас вопросов о духовном преуспеянии братий и сестер, насельников наших обителей.
Ведь русское монашество родилось практически сразу с Крещением Руси. Боголюбивая душа русского человека устремилась к идеалу совершенной христианской жизни, что и является сущностью монашества. Авторитет монашества всегда был высок в русском обществе. Однако более семидесяти лет государственного режима, сопряженного с гонением на Церковь и уничтожением верующих, привело к практической утрате традиции организованной монастырской жизни, кроме отдельных обителей. Лишь немногочисленные общинки или монашествующие, жившие тайно среди мира, не имевшие монастырских условий, но подвизавшиеся, как правило, под духовным руководством и благословением старцев и стариц, смогли сохранить огонек монашеского делания. И те тридцать лет, в течение которых наша Церковь имеет возможность восстанавливать, воссоздавать не только стены и храмы обителей, но и храмы человеческих душ, формировать личность монаха по образу и подобию Христову, показали, как важно восстанавливать в первую очередь связь с корнями, с древними монашескими уставами и традициями. В этом отношении опыт египетского монашества для нас очень ценен. Как Христос вчера, днесь, той же и во веки (Евр.13:8), так и принципы монашеской жизни сегодня те же, что и во времена преподобного Антония Великого. И во время поездок в Египет мы имели возможность увидеть, что это действительно так.
При посещении египетских монастырей мы могли поклониться святым мощам преподобных Великих отцов, побывать в местах их подвигов, а также увидеть, как сегодня подвизаются монахи, как участвуют в богослужениях, принимают гостей и паломников, как исполняют общие послушания, как ведут себя друг с другом, как относятся к игумену. В беседах с настоятелями или игумениями монастырей, мы задавали друг другу различные вопросы по ежедневной монастырской жизни, по особенностям аскетической практики, обсуждали темы внутренней борьбы со страстями и другие.
В сегодняшнем сообщении хотелось бы остановиться на некоторых особенностях египетских монастырей, актуальных для нашего русского монашества.
Первое – прием желающих поступить в монастырь и испытательный срок послушнического искуса. Этот аспект для нас оказался особенно важен в связи с разработкой в рамках Комиссии Межсоборного присутствия проекта документа «О принятии в монастырь и духовном окормлении новоначальных». В большинстве египетских монастырей, которые за эти годы удалось посетить, число насельников превышает сто. Сто пятьдесят, сто восемьдесят, двести, двести восемьдесят насельников/насельниц в обителях – это реальное число. Существует определенный «конкурс» при поступлении в монастырь, поскольку монастыри принимают не более двух-трех братьев/сестер в год. Как нам объяснили в монастыре преподобного Макария Великого, обитель, братия должны принять, «усвоить» новых послушников, чтобы не нарушилось внутреннее устроение братства. Существует и возрастной ценз, на который также хотелось бы обратить внимание. В египетские обители принимают молодых людей и девушек до 24-30 лет, имеющих высшее образование и опыт самостоятельной жизни, работы в миру.
Поступить в монастырь – заветное желание многих египетских молодых людей и девушек, и в этом большую роль играет воспитание детей в семьях и на приходах, которых они посещают с детства. Вся церковная жизнь египетских христиан способствует тому, чтобы возрастить в юном члене Церкви исповеднический дух, раскрыть дарования и дать возможность реализовать призвание к монашеству.
Желающему поступить в монастырь предлагается приехать в обитель на несколько дней, потом на неделю, на месяц, при этом кандидат в послушники проживает отдельно от братии, даже за монастырской оградой. При мужских обителях существуют так называемые «дома молодежи» или «дома отречения» для подготовки к поступлению монастырь, где с будущими послушниками изучают богословские дисциплины, знакомят с историей монашества, особенностями монастырских богослужений и т. д. Дело в том, что для поступления в мужской монастырь юноша должен иметь опыт церковного служения (примерно то же, что у нас пономарь). При женских обителях также имеются такие гостиницы для проживания кандидаток.
Таким образом, возросший с детства в церковной среде и получивший перед монастырем специальную подготовку, христианин вступает в обитель, имея начаток монашеского устроения, он уже, как они говорят, «полумонах».
Немаловажный вопрос – состояние здоровья, в том числе, психического здоровья поступающего. Перед тем как принять решение о приеме брата в обитель, игумен со старшей братией взвешивают все обстоятельства, чтобы быть уверенным, что брат сможет жить, не нарушая мира в обители и не будучи обременением для монастыря. Для этого не только требуют медицинские справки, но и знакомятся с родственниками, спрашивают об особенностях характера кандидата, а также выясняют, есть ли кому содержать родителей, поскольку в Египте не предусмотрено государственных пенсий.
Первые три года жизни послушника в обители считаются испытательным сроком, во время которого к вновь пришедшему проявляют наибольшее внимание, окружают его заботой, братской любовью и вместе с тем испытывают его в разных монастырских послушаниях и обстоятельствах. Как нам рассказывали опытные игумены и игумении, особенно важно понять:
Духовное окормление новоначальных первые десять лет жизни в обители осуществляет, как правило, сам игумен, для создания глубокой личностной связи, формирования единства братства и духовного возрастания монаха. В многочисленных братствах египетских обителей есть братские духовники, особенно единодушные с игуменом и назначаемые в помощь игумену для окормления братий.
Благодаря такому тщательному отбору и внимательному отношению к внутреннему устроению послушника в первые годы жизни в обители, в египетских монастырях крайне редки случаи оставления монастыря. Эти важные особенности подготовки и первых лет монастырской жизни очень актуальны для наших современных обителей и ставят определенные задачи.
Второй аспект, который является главным для монашеского делания, – научение молитве, приобретение молитвенного навыка.
Молитва, богослужение находятся в центре жизни монастыря и являются главным деланием монаха. Не просто формальное посещение служб и вычитывание правила, а именно молитвенное предстояние Богу, ум и сердце, утвержденные в Боге – вот к чему стремятся египетские монашествующие. В распорядке каждого монастыря в Египте обязательно присутствует время для личной келейной молитвы. Правило, в основном, состоит из чтения псалмов, Евангелия, в него входит также чтение духовных наставлений, как они называют, «Рай монаха» (возможно, это сборник «Луг духовный» Иоанна Мосха), святых отцов и житий и творений тех святых, кому посвящена обитель. Но акцент делается не на количестве, а на углубленном, внимательном, молитвенном чтении, с перечитыванием, вниканием, осмыслением каждого слова. Можно вспомнить здесь, что наши русские духовные старцы, например, архимандрит Иоанн (Крестьянкин) также советовали своим духовным чадам – монашествующим «измерять молитву» не количеством, а временем, с углубленным, внимательным произнесением слов молитвы. Египетские монахи – «ходячие Псалтири», от непрестанного повторения псалмов, которые они знают наизусть.
Для игумена/игумении в египетских монастырях важно, чтобы каждый брат/каждая сестра нашли, как они говорят, свой «личный язык со Христом», то есть жили в Богообщении, в предстоянии Христу, или, как пишут святые отцы, ходили «в присутствии Божием», «с памятью Божией». Из русских отцов о похожем пишет святитель Феофан Затворник: «Один Бог да душа – вот монах. Как дойти до этого? Как хочешь, а доходи; ибо как скоро не таков кто, то и не монах».
Египетские монахи стремятся пребывать в непрестанной молитве. При этом, в соответствии с откровением, полученным некогда преподобным Антонием Великим от Ангела, в течение дня, да и во время келейного пребывания, они чередуют молитвословия с рукоделием и с чтением, при этом ум свой собирают в Боге. Это распределение дневного времени соблюдается достаточно строго, чтобы не было «перевеса», например, в сторону исполнения различных работ по монастырю в ущерб богослужению или келейной молитве. Здесь же хотелось бы отметить, что монашествующие собираются на службу, как правило, в отдельном храме, на внутренней территории обители, куда нет доступа мирским паломникам. Для стяжания сердечной молитвы они возгревают в себе жертвенный дух, в служении братии, опережая друг друга в послушании, в заботе о слабых и немощных. Как мы слышали во время бесед, «монахи должны всем служить, всех обслуживать, всем умывать ноги». Во время поездок мы были свидетелями их общения друг с другом, и для нас большим уроком было видеть их скромность, тихость, обходительность, сплоченность вокруг игумена/игумении, их быстроту в исполнении распоряжений старших, сердечное гостеприимство, детскую непосредственность и вместе с тем внутреннюю собранность и серьезность. И здесь хотелось бы остановиться.
Третий аспект, заслуживающий глубокого изучения и восприятия в наших обителях, – это трезвение и испытание своей совести.
Монашеская жизнь – жизнь в покаянии, непрестанном изменении ума, совлечении ветхого человека для облечения в нового. В Древнем патерике, представляющем собой собрание сказаний о жизни египетских отцов-пустынников и их изречений, читаем: «Авва НИСТЕРОЙ говорил: монах должен каждый вечер и каждое утро давать отчет, что не сделал он из того, чего хочет Бог, и что сделал из того, чего Он не хочет; и такое делание соблюдать всю жизнь». Сегодня в египетских обителях ежедневно монахи вечером или ночью уходят в пустыни или закрываются в своих кельях и два часа или более посвящают самоиспытанию, раскрывая перед Богом все свои мысли, поступки и слова за прошедший день, исповедуясь, каясь в прегрешениях, плача и сокрушаясь о своих грехах и немощах. Такое делание, неопустительно исполняемое, является сильным и действенным средством для стяжания сердца сокрушенного и смиренного, для обретения внутренней молитвы, для преуспеяния в добродетелях. Во время общения с египетскими отцами мы услышали такое утверждение: «Монах должен хранить чистоту монашества. Для этого ему необходимо время от времени полное уединение». В обителях, расположенных в местах стечения паломников, практикуется регулярное закрытие монастыря на целый день, для возможности братии восстановить свое внутреннее душевное состояние сосредоточения и освобождения от мирских впечатлений. Есть и такой обычай: братий, исполняющих послушание по приему паломников и общению с посетителями, через определенный период череды отправлять на какое-то время на послушания внутри монастыря, чтобы брат мог хранить эту «чистоту монашества». Для современных монастырей у нас в России, особенно для городских обителей с постоянным информационным потоком и невольным вовлечением в мирские дела, это уединение, пребывание «один на один» с Господом крайне важно. Вообще, египетские обители стараются устроить таким образом, чтобы монахи могли хранить обет отречения и как можно меньше вынуждены были общаться и соприкасаться с миром, то есть монастыри стараются сами себя обеспечивать, в том числе заботясь и о медицинском обслуживании братии, устраивая в монастыре больницы и медицинские центры. Надо отметить, что египетские монастыри так же живут в современном мире и испытывают те же «искушения времени», что и обители у нас, в России. И интернет, и мобильные телефоны становятся частью жизни монастырей, с одной стороны, нужной, а с другой стороны, таящей в себе опасности вовлечения в мир, «выхода из монастыря» в пространство интернета и социальных сетей. Египетские монахи говорят, что телефон в руках монаха – это раскаленный предмет, который может обжечь и повредить при неумеренном использовании. Послушание, трезвение, обращение ума к Богу – вот средства внутренней борьбы с проникновением мира через телефон в ум монаха. «Мы не можем “зарубить” интернет, но важно менять сознание, обращая ум к Богу», примерно так отвечали нам в египетских обителях.
Во время одной из поездок, при посещении монастырей верхнего Египта, где особенно развиты традиции Пахомиевых общежительных монастырей, мы оказались в одном женском монастыре, где нам показали дневники сестер, в которых они каждый день отмечают выполнение своего молитвенного правила, посещение богослужений, испытание помыслов, а также пишут о своих искушениях и бранях. Такая напряженная духовная внутренняя работа имеет своим плодом приобретение смирения, послушания и, как следствия, благодушия, любви и радости о Господе.
И трезвение, и самоиспытание не являются самоцелью, но средством во внутренней борьбе монаха со страстями. Этому аспекту аскетического делания в египетских монастырях уделяется особое внимание. Во время беседы с владыкой Даниилом о внутренней жизни мы услышали очень ценную, на наш взгляд, мысль о том, что прежде всего нужно опасаться и избегать всяких проявлений гордости и усердствовать о стяжании смирения, для чего важно ни с кем из людей себя не сравнивать, чтобы не поддаться нерадению и унынию, услышав или увидев недостижимые подвиги и добродетели, и не поддаться превозношению, заметив слабости и немощи в ближних. Но главное, размышлять и иметь перед внутренним взором пример бесконечного смирения Христова, Который умалил Себя до «рабия зрака», воплотился нашего ради спасения и принял крестную смерть для победы над смертью и грехом.
Еще во время беседы в одном из женских монастырей мы слышали о строгой взыскательности монахинь к своим прегрешениям, особенно помыслам против сестер, заметив которые, они полагают определенное количество земных поклонов с молитвой за сестру, пока не отойдет искушение.
Очень важный, возможно, главный аспект жизни египетских монахов – в том, что это жизнь, действительно, по Евангелию. По выражению богослова XX века, преподобного Иустина (Поповича), монах – это «исполненное Евангелие». И в египетских обителях мы имели возможность наблюдать, как монахи на деле исполняют «закон Христов» – уступают друг другу, имеют готовность послужить каждому, трудятся над своим «внутренним человеком», пребывают в послушании, молитве; в больших братствах царит тишина, радость, мир. Это не значит, что у них не бывает трудностей, искушений, это не значит, что всё идеально, однако это отношение к Евангельскому слову, к заповедям Божиим, к богооткровенной истине заслуживает глубокого внимания и изучения.
Хотелось бы отметить, что знание Псалтири и Евангелия наизусть для египетских монахов – это практика их ежедневной жизни. Поступая в монастырь, кандидат уже знает примерно половину Псалтири и Евангелия наизусть. Такое глубокое знание Священного Писания сначала было для нас совершенно необъяснимым явлением. Хотя и среди русских святых и подвижников благочестия встречались и встречаются знающие наизусть Псалтирь и Евангелие, и из близких к нам по времени подвижников можно вспомнить игумению Леушинского монастыря Таисию, от юности так сильно возлюбившую Господа и возжелавшую всегда иметь Слово Божие внутри себя, что сподобилась, с Божией помощью, выучить все Четвероевангелие. Но все же для нашей Церкви сейчас это редкое исключение, а в Египте – «норма монашеской жизни». В одной из поездок архиерей, возглавлявший русскую делегацию, спросил у встречавшего нас монаха, рассказывавшего о возрождении Пахомиевых монастырей в верхнем Египте, действительно ли они знают наизусть Евангелие и является ли заучивание наизусть определенной самоцелью. Монах с простотой ответил, что Евангелие – это их жизнь, они любят Господа, и Его слова входят в сердце.
В последнюю поездку, в беседе с владыкой Лукой в монастыре Римлян мы услышали еще нечто важное. В своем ежедневном келейном делании монахи уделяют часть времени чтению Евангелия, прочитывая по многу раз небольшие отрывки (зачала), пока не поймут, что эти слова Господа обращены лично к ним; таким образом, монах «вживается» в Евангельское слово и оно становится частью жизни монаха. Сознание монаха постепенно меняется, ум устремляется ко Христу, и в конце концов он начинает «мыслить по-Евангельски». При этом еще один важный момент: к такому внимательному чтению Священного Писания копты приучаются с детства, слушая чтение родителей, занимаясь в воскресной школе. Это немаловажный временной фактор, способствующий запоминанию и усвоению большого объема священных текстов.
И наконец, мне хотелось рассказать о неожиданном и радостном открытии, которое мы для себя сделали во время последней поездки в ноябре 2025 года. Впервые за эти годы мы смогли побывать в первом женском монастыре во Вселенной, обители преподобномученицы Дамианы и сорока дев, с нею пострадавших, святой конца III – начала IV века, Египетские монашествующие считают святую родоначальницей женского монашества. И не случайно: преподобномученица Дамиана основала женский монастырь в начале IV века, ранее, чем преподобный Антоний Великий! Монашеская обитель дев святой Дамианы сформировалась из традиции общин дев, восходящим к тем девам, которые окружали Божию Матерь. Такие общины дев были достаточно широко распространены в Египте, а монастырь святой Дамианы стал первым примером женской монашеской обители. Почитание святой Дамианы в Коптской Церкви очень велико, ее иконы есть практически в каждом храме, и особенно радостно, что в Русской Православной Церкви по решению Священного Синода от 30 октября 2025 года святая Дамиана вошла в число Собора преподобных отцов – родоначальников монашества, и всех святых, в земле Египетской просиявших, и 21 января, в день ее памяти, в некоторых монастырях нашей Церкви впервые была совершена служба преподобномученице.
Очевидно, что в рамках одного сообщения или даже целого дня конференции невозможно описать все впечатления и сделать исчерпывающие выводы, и необходимо дальнейшее взаимодействие для более полного осознания этого опыта. Надеемся, с Божией помощью, регулярные поездки монашествующих Русской Церкви в египетские монастыри будут продолжаться, и хотелось бы предложить следующее:
В завершение хотелось вновь поблагодарить Святейшего Патриарха Кирилла за такое благословение, а также Высокопреосвященного владыку Феогноста, Высокопреосвященного владыку Исидора, Отдел Внешних Церковных Связей, и также коптскую сторону: Святейшего Патриарха Тавадроса II, владыку Даниила, матушку Василию и в их лице всех принимавших нас в египетских монастырях отцов и матушек, дорогого доктора Антона и всех, кто участвует в организации этих монашеских поездок.
Игумения Иулиания (Каледа),
Монастырский Вестник
