170100, Тверь, ул.Советская, д.10
Тел: (4822) 34-37-38
Для корреспонденции: 343738@mail.ru  
Информационный отдел: tvereparhia@list.ru
Вернуться на старый сайтПодать записку

Духовное чадо священномученика Фаддея (Успенского)

Духовное чадо священномученика Фаддея (Успенского)

22 февраля – день памяти монахини Фаддеи (Былинкиной Татьяны Ивановны) – духовного чада священномученика Фаддея (Успенского), праведницы и молитвенницы, сумевшей не только чисто сохранить, но и преумножить, и поделиться с ближними великим даром – православной верой.

Уже двадцать лет собираются в этот день в Вознесенском Оршине монастыре те люди, которым матушка Фаддея помогла обрести эту Евангельскую жемчужину, которых утешила и ободрила, поддержала в минуту уныния и укрепила во время искушений. Именно от нее стали известны и многие интересные факты из жития владыки Фаддея.

По традиции после Божественной литургии, панихиды и литии на могилке матушки Фаддеи все собрались в монастырской трапезной и вновь вспоминали ее с благодарностью и любовью, рассказывая сестрам и воспитанницам Детского Центра о тихой скромной жизни Татьяны Ивановны и о её великой горячей любви ко Господу и Его угодникам.

   

Ниже приводим краткое жизнеописание монахини Фаддеи (Былинкой) и воспоминания ее духовных чад, собранные и обработанные Ольгой Владычня совместно с сестрами Оршина монастыря.

Татьяна Ивановна родилась в благочестивой семье Ивана Ивановича и Ольги Васильевны Былинкиных 23 декабря в 1905 году в тихой Твери. Всю жизнь почитала она святителя Иоасафа и говорила: «Очень люблю Владык, и родилась я в день Святителя Иоасафа Белгородского. Люблю молочко, потому что мой день Ангела в день Божией Матери «Млекопитательница».

Семья Былинкиных жила на улице Прогонной (ныне ул. Жигарева) в маленьком домике за церковью Сретения Господня (разрушена в 1936 году, сейчас на её месте находятся гимназия №12 и театр «Премьер»). За церковью и домом протекали две речки – Тьмака и Лазурь (в те времена Лазурь впадала в Тьмаку). Весной речки так разливались, что все семейство устраивалось жить для безопасности на чердаке своего дома. «Люди жили в Твери в большинстве верующие. И народ был более уважительным и честным. Боялись Бога. На Пасху звонили колокола в каждой церкви, а их в Твери было 36 вместе с монастырями. На Пасху работали только те, кому и сейчас необходимо по праздникам работать: транспортники, связисты, пожарная служба. А фабрики и заводы отдыхали почти всю неделю». Былинкины часто паломничали по святым местам и брали с собой маленькую Таню. С самого детства она впитала от родителей благоговейное отношение к священству, особое почитание епископского сана.

В 10 лет Таня стала проситься у мамы, чтобы она отпустила ее в монастырь. – «Что ты, Танечка, вот подрастешь, тогда и будет монастырь». А когда она подросла, уже монастырей не было, и храмы закрывали — наступило время власти тьмы…

После революции, во время Гражданской войны семья Былинкиных, как и многие, стала голодать и жить только на подаяние. Родители ходили по городу и просили милостыню, отдавая последнее своим детям. От тяжелой жизни сначала не стало папы, и его было даже не в чем похоронить, одежда была очень старенькая и ветхая. Потом умерла и мама… Татьяна осталась на попечении своей старшей сестры Анны, которая заменила ей мать.

Татьяна Ивановна вспоминала: «До Владыки Фаддея у нас был Владыка Петр (Зверев), я к нему за советом ходила. Когда служил Преосвященный Петр, был голод. У меня оставался последний кусочек хлеба, он даже в сухарь превратился, и я его берегла для Владыки Петра. Пошла я к Владыке и дала ему этот кусочек хлеба. Владыка Петр взял, положил в карман и сказал: «Спаси Господи».

   
 

Вскоре после назначения на Тверскую кафедру Владыки Фаддея Татьяна стала обращаться к нему за духовными советами.

Однажды Татьяна с подругой пришла к владыке Фаддею и попросила: «Благослови, святый Владыка, нас — подруга моя хочет взять на себя подвиг юродства, а я – в рубище ходить». Преосвященный Фаддей улыбнулся, порадовался такому их стремлению служить Богу, но сказал: «Не благословляю. Не то время».

Все-таки Владыка Фаддей передал Татьяне апостольник и четочки. Она всю жизнь строго соблюдала монашеские обеты: и послушания, и целомудрия, и нестяжания, а постриг приняла за неделю до смерти – 83 года его ждала…

Татьяна трудилась в аптеке, потом на фабрике им. А.П. Вагжанова и старалась каждый день до работы зайти в храм.

По благословению владыки Фаддея, девица Татьяна стала ходить на исповедь к протоиерею Иоанну Морошкину, служившему на Волыни сначала в Благовещенском храме, а после его передачи «живоцерковникам» — в Успенскую единоверческую церковь. Сам владыка Фаддей остался ее старцем. Отца Иоанна арестовали в 1937 г., скончался он в Бежецкой пересыльной тюрьме осенью 1938 года в возрасте 56 лет.

Татьяна Ивановна рассказывала, что, когда взрывали кафедральный Спасо-Преображенский собор в Калинине (Твери), они сидели с занавешенными наглухо окнами, так велели. Всю ночь слышала она взрывы, плакала и молилась…

Татьяну Ивановну несколько раз забирали в НКВД. Для своей подруги Татьяна переписала акафист от руки и подарила ей. Подружка акафист потеряла, а работники НКВД его нашли. В день отдыха советских трудящихся, 1 мая, Татьяну Ивановну арестовали, и вооруженный солдат сопровождал её в НКВД через весь город. Татьяне Ивановне было очень стыдно, что её ведут арестованную, и знакомые могли увидеть. Ввели ее в кабинет с несколькими следователями. Те были в ожидании первомайского праздника и застолья, смеялись и пугали: «Мы сейчас тебя в подвал к крысам, к крысам!»

Вскоре все ушли, оставив Татьяну Ивановну с одним следователем. Он на нее посмотрел и сказал: «Иди». Татьяна вышла из кабинета и не могла найти лестницу, ведущую на выход из здания тюрьмы, стала пытаться открывать двери, но они все оказались заперты. Несчастная подумала, что сошла с ума, и поскорее вернулась в кабинет. Сам следователь показал Тане, где выход. У выхода стоял вооруженный солдат: «Что такая бледная, испугалась? Иди с Богом». Это было чудо по молитвам владыки Фаддея.

Пришла Татьяна Ивановна домой, её встретила старшая сестра Анна и, увидев измученную Таню, предложила ей отдохнуть и поспать. Не успела Татьяна Ивановна прилечь, как начались страхования. Анна побежала к владыке Фаддею попросить духовной помощи для сестры, и по его святым молитвам бесовские нападения сразу же прекратились.

Позднее Татьяну Ивановну второй раз вызвали в НКВД. Следователь: «Ты почему носишь косы и не стрижешься как все?» – «Не хочу я стричься». – «Сделай завивку!» – «Нет». Татьяна Ивановна посмотрела на следователя и сказала: «А мама у вас верующая». Следователь опустил голову, допрос закончился…

Когда в третий раз привели на допрос, Татьяна как истинная исповедница не испугалась – перекрестилась при всех, и все чекисты над ней смеялись. После пережитого в тюрьмах, когда расстреливали священников и верующих, Татьяна всю жизнь молилась, чтобы не дожить до антихриста.

С 1947 года духовником Татьяны стал отец Иоанн Сазонов. Они были знакомы с давних времен, когда о. Иоанн не был ещё священником и даже увещевал её не ходить в кафедральный собор, где обосновались обновленцы: «Разве можно туда ходить? Что ты ходишь? Вот сходи к Владыке Фаддею и скажи». Сами супруги Сазоновы были верными прихожанами Владыки, а духовным отцом Иоанна Сазонова был старец Нектарий из Оптиной пустыни.

В 1950 г. священника Иоанна перевели в Успенскую церковь на Волыни. Татьяна Ивановна, верное духовное чадо, стала отцу Иоанну как приемная дочь, вскоре ей было поручено послушание келейницы. Она жила вместе с батюшкой на улице 1-ой Покровской (ныне Брагина) в доме 39, квартире 2 на втором этаже. В этом доме она и доживала свой век.

В это время Татьяне Ивановне пришлось многое претерпеть и пережить. Она преданно ухаживала за о. Иоанном до конца его дней – готовила, стирала, убирала, принимала его многочисленных духовных друзей и посетителей. К отцу Иоанну тянулись люди, приходили к нему за наставлением и утешением. Часто бывало, что Татьяна Ивановна и всю ночь не спит, печет праздничные пироги.

Иерей Иоанн Сазонов скончался 9 марта в 60-х гг. прошлого столетия, в возрасте более 80-ти лет, похоронен на Николо-Малицком кладбище недалеко от места погребения Тверских архиереев.

Татьяна Ивановна была знакома со многими духовными людьми и подвижниками благочестия своего времени.

Среди них был известнейший митрополит Вениамин Федченков. В конце 50-х годов он приезжал в Нило-Столобенскую пустынь на празднество преподобного Нила Столобенского, и она тоже ездила на праздничную службу. После службы Преосвященный, благословляя Татьяну Ивановну, поцеловал её в голову, и сказал: «Умница!»

Татьяна Ивановна любила Печеры, часто ездила в Псково-Печерский монастырь и обязательно посещала схиигумена Савву, просила его помолиться, чтобы ей не дожить до последних времен, до антихриста. Татьяна Ивановна переписывалась со всеми владыками, которые служили в Калинине (Твери).

Дождалась она и возвращения в Вознесенский собор – уже мощей — своего духовного отца священномученика Фаддея (Успенского).

Вспоминают, с каким благоговением и радостью Татьяна Ивановна посещала богослужение у мощей своего небесного покровителя.

Близкие духовные чада и почитатели Татьяны Ивановны рассказывают немало случаев её прозорливости, говорят о великом даре утешения и рассуждения духовного.

Татьяна Ивановна очень любила игумений тверских монастырей – матушек Иулианию, Евпраксию, Ларису. С великим почтением и благоговением она относилась ко всем без исключения священникам и монахам.

Татьяна Ивановна всегда интересовалась жизнью монастыря, и матушки или сестры подробно рассказывали ей о новостях обители.

В конце января 1999 г. Татьяна Ивановна тяжело заболела. Её постригли в мантию в Областной больнице с именем Фаддея в честь духовного её отца священномученика Фаддея (Успенского).

Игумения Иулиания, ставшая восприемницей новопостриженной монахини Фаддеи, вспоминала, что после пострига та спросила: «Кого же мне теперь слушаться?» – так дорого и привычно для всей её жизни было послушание духовным наставникам.

Женщины, которые за ней ухаживали в больнице, свидетельствуют, что у неё была непрестанная молитва, она молилась и в сознании, и без сознания.

22 февраля 1999 года монахиня Фаддея почила на 95-м году жизни. В день ее памяти каждый год, вот уже 20 лет подряд, к ней на могилу приезжают люди, которые считают себя ее духовными чадами, делятся своими воспоминаниями и рассказывают о многочисленных случаях ее молитвенной поддержки и духовной помощи. Многие из них благодаря встречам с ней изменили свою жизнь, стали по-настоящему воцерковленными людьми. Многие считали монахиню Фаддею второй матерью. Они открывали для себя Всещедрого Господа, целый Божественный мир, видели и чувствовали живую связь поколений.

Всю жизнь матушка Фаддея знала только две дороги – в храм и на работу. Жила она тихо, незаметно, сокровенно, и до последних лет о ней почти никто в Твери и не знал, пока не вернулись мощи владыки Фаддея. По сути, она жила монашеской жизнью. Постоянно читала святых отцов, огромные свои помянники, переписанные от руки акафисты. И всегда стремилась в храм. Все её разговоры сводились к житиям святых, рассказам о любимом владыке Фаддее. Ничего мирского, полная устремленность к Небу.

Матушка игумения Евпраксия приглашала Татьяну Ивановну к себе в монастырь:

— Татьяна Ивановна, приезжайте на Оршу.

— Я буду, буду у вас. Только потом…

«Когда умру, пусть меня похоронят так, чтобы хоть издалека был виден храм Божий», – просила она.

Из воспоминаний монахини Фаддеи [1]

«Познакомилась я с Владыкой Фаддеем… Сколько лет прошло с 1928 года? И вот сегодня я стояла у его раки. Опять встретилась…

Ходила я к обновленцам. Нельзя ходить туда, а я ходила. Там у них благоверный князь Михаил – его мощи и очень много лампад. И я попросила старосту, чтоб он мне разрешил лампадки зажигать. И разрешил. Потом я выхожу из церкви, а идет иподиакон Владыки Фаддея. Лесенка высокая там была, высоко так собор стоял. Я спускаюсь, смотрю, и он спускается с товарищем своим: «Зачем вы ходите сюда? Здесь красные». Я говорю, что не хожу к батюшкам, а хожу к святому Михаилу благоверному и к иконам». Они сказали, что Владыка новый приехал в Тверь. Ну вот, я пошла к Вознесению и потом говорю про Владыку: «Я была, я видала, он мне не понравился». А они говорят: «А он прозорливый». Я говорю: «Ну, я приду». Вот я на другой день-то и пошла.

Как с ним познакомилась?.. Всенощная или пассия была, а Владыка стоял на кафедре, читал канон. Потом он пошел кадить весь храм, а мы стояли со свечами. А я всегда около кафедры стояла, от кафедры его я уже никуда не уходила, стояла около кафедры по левую сторону его руки. Стал он проходить мимо нас. Все в сторону отошли, дали ему дорожку, а я все стою, как стояла. Он прямо подходит ко мне и зажигает у меня свечку – у него погасла. Он зажег у меня свечку, а я почувствовала, как будто у меня везде, по жилам, что-то пошло. Легко было и радостно. Когда кончилась служба, подошли под благословение. А девочки мне и говорят: «Вам нужно к Владыке сходить, обязательно завтра. Это не просто так он у вас засветил свечу. Вам нужно сходить к нему обязательно».

На другой день я пошла в 10 часов. Звонка у него не было тогда. Надо стучать в дверь, в ворота. Я постучала. Вера Васильевна говорит: «Кто там?» Я говорю: «Пустите меня к Владыке». Она говорит: «Сейчас, я спрошу». Выходит и говорит: «Пойдемте». Открыла мне дверь к Владыке.

— Владыка святый, тут пришла девочка, которая около Вашей кафедры стояла в черной шапочке с розочками [2].

– «Ну, пусть войдет». Я вошла. Он сидел в простом, старом деревянном кресле. А для посетителей было два стула. Он мне показывает рукой на стул, молча. Он молчаливый такой был. Я села. Он говорит: «Ну что?» Я говорю: «Владыка святый, как спасаться?» – «Как спасаться? Иисусову молитву надо читать. Псалтирь надо читать. Читаешь Псалтирь?» Я говорю: «У меня нету». Он: «Ну, подожди, сейчас я тебе принесу». Он пошел в свою молельную комнатку, несет Псалтирь. Новую, красную и золотыми буквами написано: «Псалтирь». «Ну вот, читай!»

«Владыка святый, я к обновленцам ходила. Я ходила к Михаилу благоверному, а не к священникам». А Владыка и говорит: «Этого мало, что ты мне говоришь, что ты туда ходишь. А ты иди к батюшке, к духовнику своему и скажи». – «Хорошо».

Я стала уходить, а он спрашивает, с кем я живу. Я рассказала и в ноги ему поклонилась, говорю: «Владыка святый, благословите!» Владыка благословил. Я выхожу, закрываю дверку и кланяюсь ему. А Владыка все благословляет. А я ему все кланяюсь. Иду спиной к двери, а лицом к нему. И опять поклонюсь, и он благословляет, опять кланяюсь. И так я дошла до этой двери, которая во двор, на улицу – а он благословляет все. И я уже стала дверь открывать, последний разок поклонилась – он все благословляет.

Потом я стала к нему ходить со всеми скорбями, как что нужно было. А если что не срочно, то напишу ему две или четыре страницы, а иногда и шесть страниц. Когда прихожу к нему под благословение, он всех благословляет. И передаю ему записочку. Он кладет ее в кармашек и потом меня благословляет. Скажет: «Ну, приходи в 3 часа в такой-то день». – «Спаси Господи». Все.

Прихожу я, иногда уже не смею постучать. А ворота были открыты. Я войду, сяду, на скамеечку и сижу. Вдруг Вера Васильевна выходит и говорит: «Давно сидите-то?» – «Нет, сейчас только пришла». – «Ну, пойдемте, пойдемте к Владыке». Вот так. «Когда мы были у владыки, то мы смотрели на него, и мы были как дети, а глаза у него были как солнышки!!!»

Впоследствии архиепископ сказал Вере Васильевне: «Когда бы Таня ни пришла, ей не отказывайте. Она бедная. Кто бы у меня в это время ни был, ей не отказывайте». А у нее в то время были большие скорби. Как-то рано утром, до начала работы, Таня пришла к владыке рассказать о переживаемых ею несчастьях. Архиепископ выслушал, поговорил с нею, и она вдруг ощутила такую любовь ко всем и такое дружество, каких еще никогда не испытывала. А вскоре и сама причина скорбей молитвами владыки рассеялась. Вспоминая потом свое состояние, Татьяна уже было начала сомневаться – да не искушение ли это? Не прелесть ли? И пошла посоветоваться к Вере Васильевне. Та сказала: «А вы владыке скажите». И открыла дверь к нему в комнату, Татьяна вошла, все рассказала владыке, он выслушал ее и сказал: «Это сила действия Христова».

Глубокочтимые, Многочтимые, Дорогие, Милые игуменья Иулиания, матушка настоятельница Евпраксия, сердечно поздравляю и приветствую Вас!!!


С Высокоторжественным праздником Введения во Храм Пресвятой Богородицы Приснодевы Марии, святого благоверного князя Михаила Тверского, святого князя Александра Невского и святого Вашего престольного праздника святой великомученицы Екатерины, и хочу пожелать Вам от души искренно от Господа нашего Иисуса Христа доброго здравия, утешения и радостей духовных, Божией помощи в Ваших иноческих трудах и подвигах во все дни жизни Вашей, с долгоденствием во Славу Божию!!! Храни Вас Матерь Божия! С Христовою любовию кланяюсь Вам в ножки, целую край святых иноческих ряс.

С глубоким почтением и Христовою любовию, многогрешная недостойная Татьяна.

1996 год ноябрь месяц.



[1] Воспоминаниями Татьяна Ивановна (монахиня Фаддея) делилась в 1998 году.

[2] Дамаскин (Орловский), иером. Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия. Жизнеописания и материалы к ним. Кн. 3. «Тверь ООО «Издательский дом «Булат» 1999, С. 558.

Вознесенский Оршин женский монастырь, г. Тверь

Возврат к списку