По благословению Высокопреосвященнейшего
митрополита Тверского и Кашинского Саввы

Мученик Благоверный Князь Михаил Тверской (+ 1318)

Память его празднуется 22 нояб. в день мученической гибели, 1-ю Неделю после праздника свв. апостолов Петра и Павла (29 июня) вместе с Собором Тверских князей, 16 июля вместе с Собором Российских чудотворцев, прославленных свт. Макарием в 1541 и 1549 гг.

Св. благоверный князь Михаил Ярославич тверской был сыном князя Ярослава Ярославича — брата св. Александра Невского и родился в 1272 г., когда отец его уже умер. Воспитывала его мать, княгиня Ксения, принявшая впоследствии иночество. Образ жизни его был в юности почти монашеский: заветным его желанием было стать когда-нибудь иноком или мучеником. Последнее сбылось. В 1285 г. он наследовал своему старшему брату, князю Святославу, и начал свое княжение с закладки в Твери Спасо-Преображенского собора. В 1294 г. он женился на ростовской княжне Анне Димитриевне (память ее 2 окт.) и имел от нее четверых сыновей и дочь. Он был высокого роста и отличался красотой, силой и мужеством. Народ любил его.

В 1304 г. настала его очередь, как старшего в роде, стать вел. князем владимирским. Но теперь великокняжеский престол зависел от произвола хана, и князь Юрий Даниилович московский, сын младшего сына св. Александра Невского (женатый на сестре хана Узбека, Кончак-Агафии), своими происками добился того, что великое княжение было предоставлено ему. Михаил Ярославич готов был уступить, дабы избежать пролития русской крови, но московский князь вторгся в Тверскую землю с большим войском и стал ее опустошать. В 40 верстах от Твери, при деревне Бортенево, князь Михаил разбил его, причем взял множество пленных, среди которых была княгиня Агафия, посол хана Кавгадый и брат князя Юрия — Борис. Князь принял знатных пленников с почетом и готов был их отпустить, но, к несчастью, княгиня Агафия в Твери скоропостижно скончалась, и князь Юрий обвинил тверского князя перед ханом в том, что он ее отравил. Возвели на него и другие клеветы, и хан Узбек вызвал князя Михаила в Орду на суд.

Близкие его и сыновья умоляли не ездить туда самому, а послать одного из них, но князь отвечал им: «Дети мои, хан зовет не вас и никого другого, а моей головы хочет; не поеду, так вотчина моя вся будет опустошена и множество христиан избито; после когда-нибудь надобно же умирать, так лучше теперь положу душу мою за многие души». Клеветы князя Юрия и личного врага князя Михаила, свирепого Кавгадыя, кончились тем, что хан выдал его им, и они велели его заковать, наложили на его шею тяжелую колоду и прогнали от него духовника его и приближенных. В это время хан отправился со всем двором охотиться на Терек, и узника повлекли вслед за ним. Утешением ему было там, что к нему допустили его двенадцатилетнего сына Константина, жившего в Орде заложником, и духовенство. Целые дни проводил страдалец в чтении ежедневных служб и Псалтири.

Так как руки его были закованы, отрок держал перед ним книги, переворачивая страницы. Иногда Кавгадый приказывал выводить его в колоде на площадь и в присутствии любопытной и равнодушной толпы всячески издевался над ним. Раз князь, измученный этими пытками, хотел сесть и отдохнуть, но отрок его предложил ему лучше вернуться в палатку, чтобы избегнуть нескромного любопытства посторонних. Князь отвечал ему: «Я стал для них посмешищем: увидев меня, кивают головами своими» (Пс. 108, 25) — и, встав, пошел в палатку. С этого дня слезы были непрестанно на глазах его.

Он предвидел свой конец. Надзора за ним почти не было, бежать было возможно, но тогда пострадали бы приближенные, и он решил остаться. В ночь с 21 ноября на 22-е было ему откровение о его близкой кончине. Он прослушал в последний раз Божественную литургию, исповедался и причастился Святых Христовых Тайн, обнял все духовенство и приближенных своих, потом велел позвать сына своего Константина, который жил заложником в Орде, сделал ему последнее наставление, благословил его и отослал под покровительство ханши. «Дайте мне Псалтирь, — сказал он, — сердце мое смущается!» Псалтирь открылась на словах: «Сердце мое трепещет во мне, и смертные ужасы напали на меня» (Пс. 54, 5). «Скажите мне, что значат эти слова?» — спросил он священников. «Государь, пусть сердце твое не смущается, — ответили они. — Дальше в том же псалме сказано: „Возложи на Господа заботы твои, и Он поддержит тебя. Никогда не даст поколебаться праведнику"» (Пс. 54, 23). Ободренный страдалец продолжал чтение.

Вдруг в палатку вбежал отрок, бледный и взволнованный. «Государь, — сказал он, — Юрий и Кавгадый идут с большой толпой к твоей палатке!» — «Знаю, зачем идут: хотят убить меня!» — кротко отвечал страстотерпец. В это время Юрий и Кавгадый остановились и послали вперед убийц, а сами остались ждать. Убийцы сначала разогнали окружающих, а в это время св. князь, стоя неподвижно, молился в последний раз на земле. Потом они набросились на него, как звери, схватили его за колоду и бросили о стену палатки с такой силой, что он упал, а стена проломилась. Князь сейчас же встал, но они опять бросили его на землю, топтали ногами, осыпали ударами. Наконец один из убийц вонзил ему в бок нож и, перевернув несколько раз, вырезал ему сердце. Это произошло 22 ноября 1318 г., между двумя и тремя часами пополудни. Палатка была ограблена, одежды с князя сорваны.

Те из приближенных, кто успел уйти с князем Константином к ханше, были спасены, но остальные были избиты, ограблены и закованы. После этого пошли сказать Юрию и Кавгадыю, что приказание их исполнено. Они приблизились к палатке. Кавгадый казался смущенным и сказал Юрию: «Не старший ли он тебе брат, не должен ли он бы быть тебе вместо отца? Зачем же его тело обнажено, на поругание всех? Отвези его в твою землю и погреби по обычаю вашему!» Тогда Юрий приказал прикрыть тело мученика плащом. Затем тело его повезли на телеге в Москву.Жители тех городов и деревень, через которые его провозили, хотели накрыть его драгоценными тканями и поставить на ночь в церковь. Стража Юрия им в этом отказывала, но раз на нее напал такой страх, что она вся разбежалась. Великие знамения сопровождали святые мощи: над ними видели облако светлее света солнечного, радугу, огненный столп, таинственную толпу со свечами и кадилами; светозарные всадники летели по воздуху, охраняя их. В Твери ничего не знали об убиении св. князя и узнали лишь тогда, когда вернулся князь Юрий и привез с собой князя Константина и тверских бояр.

6 сентября 1320 г. святые мощи князя мученика были перевезены из Москвы в Тверь и положены с честью в Спасо-Преображенском соборе. Тление совершенно не коснулось их. Чудеса и исцеления начались тотчас же, и в Твери князя Михаила стали почитать святым, но причислен к лику святых он был только в 1549 г. Во время польско-литовского нашествия неприятели видели св. князя на коне вооруженным, выезжавшим из города и узнали его по его святой иконе. В 1655 г. после молебна благоверному князю Михаилу прекратился мор. В память его в Твери совершался ежегодно крестный ход.

Его святые нетленные мощи почивали до нашего времени в открытой раке.

Св. князь был погребен в Спасском монастыре в Московском Кремле, после святые мощи его перенесены в Тверь.

 

Монахиня Таисия (Карцова). Русские святые.

 


Навигация

Система Orphus