По благословению Высокопреосвященнейшего
митрополита Тверского и Кашинского Саввы

Ковырзина Т. В. Священномученик Фаддей (Успенский) о роли православного воспитания


Ковырзина Татьяна Владимировна

Священномученик Фаддей (Успенский) о роли православного воспитания

 

 

 

Среди представителей русской педагогической мысли священномученику Фаддею (Успенскому) принадлежит особое место. Ученый-богослов, доктор и магистр богословия, архиерей Русской Православной Церкви, святитель приобрел широкую известность и как педагог, всю свою жизнь посвятивший воспитанию детей и юношества. В своих педагогических работах святитель Фаддей, опираясь на взгляды таких великих педагогов и учителей Церкви, как свт. Феофан Затворник, К. Д. Ушинский, С. А. Рачинский, рассматривал различные вопросы дидактики.

Наше обращение к творчеству священномученика Фаддея (Успенского), к особенностям его педагогической мысли обусловлено теми задачами, которые стоят перед современной православной педагогикой. Это необходимость изучения духовного наследия, оставленного христианскими просветителями, и возможности его применения в современной системе образования, что сегодня приобретает особую актуальность, поскольку это способствует включению его в современное культурно-образовательное пространство.

Педагогическая деятельность святителя была по достоинству оценена еще при жизни его современниками, считавшими эту деятельность крайне полезной и необходимой для будущего страны. В. Т. Георгиевский, синодальный ревизор, инспектировавший занятия, проводимые сщмч. Фаддеем, с чувством глубокой благодарности и признательности замечает: «Давно не переживал таких светлых минут, какие пережил в течение трех дней пребывания на учительских курсах в Житомире! Что за человек этот кристально чистый, как драгоценный сосуд из горного хрусталя, владыка Фаддей! Какой чистый, как из усердно возженной лампады, струится от него теплый, мягкий свет. Как ласково греет и затем воспламеняет сердечные чувства, увлекая на все чистое, святое и доброе. Его лекции, полные эрудиции, новых и интересных доводов в защиту и уважение идеалов церковной школы, доставили мне много истинных наслаждений»[1]. В советское время педагогические взгляды святителя и педагога не рассматривались вообще. Советская наука стремилась не упоминать об ученых-священнослужителях. Тем самым не только умалялась историческая истина, но и принижалось значение деятельности сщмч. Фаддея (Успенского) как выдающегося педагога своего времени, опыт и воззрения которого имеют несомненную ценность для сегодняшней педагогики.

Всю свою жизнь святитель занимался преподавательской деятельностью. В послужном списке педагога и святителя, магистра богословия преподавание логики, философии и дидактики в Смоленской духовной семинарии, работа инспектором Минской духовной семинарии с исправлением обязанностей преподавателя Священного Писания в 5 классе, преподавание основного догматического и нравственного богословия в Уфимской духовной семинарии, работа инспектором Уфимской духовной семинарии, ректором Олонецкой духовной семинарии. Его современник А. И. Кузнецов писал о нем так: «Смирение, детская незлобивость души, застенчивая до наивности улыбка этого святого человека волновали меня, покоряли мое воображение и открывали в нем для моего внутреннего созерцания неисчерпаемые источники человеческих добродетелей»[2].

Главная педагогическая книга священномученика Фаддея «Записки по дидактике» вышла в свет в 1902 г. и впервые была переиздана только спустя 100 лет в 2003 г. в Твери Фондом «Память мучеников и исповедников Русской Православной Церкви». Поражает широта проблематики рассмотренных святителем вопросов. Это общая дидактика, методика преподавания церковнославянского языка, русский язык, арифметика, церковное пение, природоведение, психология детей и даже школьное строительство. Он сам разрабатывал, вводил новые приемы методик преподавания, чтобы помочь педагогу в деле воспитания и обучения детей. При этом, как замечает сам автор, «Записки по дидактике» не представляют собой цельного курса по педагогике, но в них затронуты наиболее важные вопросы учебно-воспитательной деятельности учителей.

Особое место в своей работе святитель отводит вопросам воспитания. Святитель и педагог задумывается над вопросом, что же такое воспитание, и определяет его, как «развитие сил воспитанника»[3]. При этом, учитывая, что силы различны, он выделяет виды воспитания:

  • физическое или, по-другому, телесное воспитание, целью которого является укрепление здоровья ребенка, выработка здорового образа жизни;
  • воспитание духовное:
  • а) воспитание умственное, целью которого является овладение детьми здравыми понятиями и взглядами на вещи;
  • б) воспитание сердца, имеющее целью сделать сердце воспитанника добрым, искренним, доверчивым, мягким;
  • в) воспитание воли, делающее волю воспитанника твердой, настойчивой.

Приступая к теоретическому решению данного вопроса, святитель определяет, прежде всего, взгляды западноевропейских педагогов на воспитание. Так, по мнению Спенсера, главным средством воспитания является «знание естественного воздействия», т. е. влияние самой природы на ребенка, пример взрослых, при этом особые надежды ученый возлагает на науки, в особенности на естественные. По мнению других западноевропейских педагогов, воспитание должно стремиться к сообразности с природой детей, т. е. к природосообразности, о чем говорили такие видные педагоги, как Я. А. Коменский, И. Г. Песталоцци, Ф. А. В. Дистервег. Но если Я. А. Коменский, развивая идею о необходимости природосообразного воспитания, стоял, по мнению святителя, на правильном пути, то многие другие, в частности Ж.-Ж. Руссо, ошибались.

Ж.-Ж. Руссо считал, что воспитание будет содействовать развитию ребенка только в том случае, если приобретет естественный, природосообразный характер, если оно будет напрямую связано с естественным развитием ребенка. Соответственно, задача школы должна состоять в том, чтобы на основании веры в природу ребенка дать ему свободу действий, так как она добра сама по себе. «Все хорошо, — говорит он, — выходя из рук Творца, все вырождается в руках человека». Поэтому, по представлению Ж.-Ж. Руссо, у дикарей, которые ведут более близкую к природе жизнь, более чистая и неиспорченная природа, чем у просвещенных народов Европы. Он призывал развивать в ребенке естественность, прививать чувство свободы и независимости.

Но в природе человека заложен первородный грех. Поэтому необходимо, чтобы оторвался дух человека от пристрастий земных, потому что в них начало греха. Как замечает святитель и педагог, «что сообразнее с природой человека: давать ли возрасти в душе дитяти различным страстям и привычкам (Руссо), потому что будто бы они свойственны природе человека, или подавлять их в самом начале, когда они еще не укрепились и легко могут быть искоренены? Что сообразнее с природой человека: с самого начала развивать и воспитывать в дитяти прирожденное душе человека стремление к Богу, или оставлять это влечение на произвол судьбы, лишая чрез то всякого смысла и все прочие высшие стремления души?».[4]

Во имя природосообразности Ж.-Ж. Руссо предлагал знакомить молодых людей с религией только в возрасте не моложе 18 лет, т. к. «по-настоящему до понимания Бога человек доходит лишь в зрелые годы, когда уже в состоянии понять, что именно он ищет в религии, и сам может выбрать себе ту религию, к которой влечет его разум»[5].

Внимательным образом святитель в своей работе доказывает неправомерность такого взгляда. Во Франции, которая больше всего заботилась об удалении религии из школы, преступность среди детей увеличилась в несколько раз. Ссылаясь на повесть английской писательницы Марии Корелли «История детской души», выдающийся русский педагог согласился с мнением автора книги: безрелигиозное воспитание называется в этой книге преступлением, худшим, чем детоубийство.

Отсутствие религиозного воспитания в детстве непременно сказывается на характере человека: в душевном складе таких людей ощущается надломленность. Ребенок необычайно восприимчив к религиозным впечатлениям: он инстинктивно тянется ко всему, что раскрывает красоту и смысл окружающего мира.

Святитель делает вывод, что только христианское воспитание способно соединить в себе все то, к чему стремятся педагоги, и достигает тех целей, которые они ставят перед воспитанниками. «Так, если говорят, что воспитание должно вести к счастью воспитанника, то только христианство и может дать истинное счастье человеку. Не отвергая земных радостей, оно запрещает только неумеренную привязанность к ним и указывает человеку на истинную радость, которая состоит в молитвенном общении с Богом, в служении ближним в духе любви. Если говорят, что воспитание должно обнимать все стороны жизни человека, то более всего это достигается чрез христианское воспитание, которое обнимает все силы души и тела человека»[6].

Будучи религией духовной, христианство не запрещает заботиться о теле, напротив, заповедует человеку труд. Церковь не отвергает и искусства. Святитель указывает, что крестьянские дети порой только в церкви могут получить художественное воспитание. «Если многие педагоги утверждают, что воспитание должно быть гуманным, то кто может быть гуманнее христианина, который исполнен любви ко всем людям, как братии во Христе, — не говоря уже о том, что лишь христианство может научить истинной любви ко всем людям, не исключая врагов»[7].

In her article the author expounds the views of the prominent Russian pedagogue and holy hierarch-martyr Faddeus (Ouspensky) on education. She analyses pedagogical ideas of the hierarch against the background of comparative analysis of Western theories of education and different types of education.

Keywords: Hieromartyr Faddeus (Ouspensky), education, spiritual upbringing, didactics, Western European pedagogy.

Вестник ПСТГУ IV: Педагогика. Психологиям 2010. Вып. 3 (18). С. 54-57


[1] Фаддей (Успенский), сщмч. Творения. Книга II. Записки по дидактике. Тверь, 2003. С. 10-11.

[2] Губонин М. Е. Патриарх Тихон и история русской церковной смуты. СПб., 1994. С. 249.

[3] Фаддей (Успенский), сщмч. Указ. соч. С. 18.

[4] Фаддей (Успенский), сщмч. Указ. соч. С. 27.

[5] Там же. С. 219.

[6] Фаддей (Успенский), сщмч. Указ. соч. С. 27—28.

[7] Там же. С. 28.

 


Навигация

Система Orphus