По благословению Высокопреосвященнейшего
митрополита Тверского и Кашинского Саввы

Иеромонах Николай (Голубев): «Наша задача – не пропустить врага на своем участке»

Интервью с благочинным Нелидовского округа, настоятелем строящегося храма святого праведного Иоанна Кронштадтского и церкви Балыкинской иконы Божией Матери

Пророчество Кронштадтского пастыря, ставшее историей храма

– Батюшка, расскажите, пожалуйста, как началось возведение храма св. прав. Иоанна Кронштадтского в Нелидово? На какой стадии сейчас находится строительство? 

– Крест на месте будущей церкви в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского был установлен 13 июля 2001 года, когда в нашем городе празднуется престольный праздник Балыкинской иконы Божией Матери. Освящение креста совершил правящий на тот момент архиерей – архиепископ Тверской и Кашинский Виктор (сегодня он глава Тверской митрополии).

Строительство долгое время буксовало. И хотя уже первый камень в основание храма был заложен ровно через год – 13 июля 2002 года, еще несколько лет на месте будущей церкви был лишь котлован с лягушками. Только в 2008 году мы начали активную работу.

В настоящий момент храм подведен под купола. Но строительство продолжается. Израсходовано уже более 70 миллионов рублей. Впереди еще работы примерно на такую же сумму. Где ее найти – это вопрос.

– На вашем сайте я видел реквизиты для помощи храму. Возможно, откликнется кто-то из числа читающих эти строки. Расскажите, пожалуйста, почему храм освящен в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского?

– В 2001 году, накануне освящения креста на месте строительства храма, я отметил удивительную картину. Уже почти все было готово. Недоставало лишь нескольких камней в основание креста. Вечером пришли добровольцы, которые здесь же отыскали эти недостающие камни. И помогали их носить маленькие дети. Мне вспомнилось пророчество Иоанна Кронштадтского, который накануне грозных событий начала XX века предупреждал о грядущей катастрофе и предстоящем разорении храмов в России. Но он тогда же пророчествовал, что времена эти закончатся, храмы вновь будут строиться, и дети на своих плечах будут носить камни для их созидания. Вот об этом пророчестве я вспомнил в момент, когда после освящения креста владыка Виктор говорил приветственное слово. Рассказал о вчерашнем событии – и архиерей тут же благословил строительство будущего храма в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского.

Нужно еще подчеркнуть, что и до настоящего времени каждую неделю проходят субботники на нашей стройке, и дети по-прежнему принимают в них активное участие.

– Чем вдохновляет вас Всероссийский батюшка? Какие направления его деятельности оказали на вас влияние?

– Моя жизнь в церкви в начале 1990-х годов начиналась практически с книги И. К. Сурского об отце Иоанне. После ее прочтения я находился в совершенно приподнятом настроении.

Когда стал священником, то на протяжении нескольких лет моей настольной книгой была «Моя жизнь во Христе». Я ежедневно что-нибудь оттуда читал, и это отгоняло всякие тревожные и унылые мысли. От отца Иоанна наши приходские священники взяли правило частого служения Литургии. Службы проходят ежедневно. И выходной у каждого батюшки бывает не чаще одного дня в неделю.

Если есть возможность, то служим и каждый день. Причем это не прихоть настоятеля или владыки – это внутренняя духовная потребность. И вот это держит нас в духовном тонусе. Если у кого-то из священников по объективным обстоятельствам случается более длительный перерыв в служении, каждый чувствует то внутреннее состояние неудовлетворенности, о котором говорил в своих дневниках отец Иоанн.

– Расскажите, пожалуйста, о вашем приходе.

– Приход у нас достаточно большой. В него в качестве приписных входит еще четыре храма: один – в поселке Земцы, один – в Заповеднике, один – в деревне Кукуево и еще один – на зоне строго режима в поселке Монино.

Прихожан в целом, я думаю, человек 500 наберется. Не все из них, конечно, еженедельно посещают богослужения. Это люди самых разных возрастов – от грудных младенцев, которых приносят молодые родители, до подростков, молодых и зрелых людей, верующих весьма преклонного возраста.

Профессии также у всех разные, поскольку в городе с советских времен осталось много предприятий машиностроения, деревообработки, химической промышленности. Были у нас когда-то и шахты (город начинался как шахтерский; сразу после Великой Отечественной войны первый бурый уголь пошел в Ленинград). И разведанных запасов у нас около 160 миллионов тонн. Но по чубайсовской реформе этой отрасли последнюю шахту закрыли в 1997 году.

Есть надежды, что когда-нибудь к вопросу добычи бурого угля в нашем уголке подмосковного угольного бассейна еще вернутся. Но когда это будет, одному Богу известно. Бывший губернатор Тверской области Д. В. Зеленин на мой вопрос ответил, что выгодно это станет, когда нефть поднимется до 150 долларов за баррель. На момент нашего разговора она стоила 120. Но после этого покатилась вниз, и наши надежды пока остаются надеждами.

«Работал в партийных и комсомольских структурах, но атеистом никогда не был»

– Не каждый священник знает, сколько сейчас стоит нефть! Какое у вас образование? Расскажите  о себе, отец Николай.

– Родился я в 1963 году здесь же, в Нелидово – как говорится, где родился, там и пригодился. В 1980-м поступил в МГИМО, по окончании которого с 1985 по 1987 годы работал в генеральном консульстве СССР в Гамбурге. Затем вновь вернулся в Нелидово и работал в горкоме партии и горкоме комсомола. В 1989 году поступил в аспирантуру Академии общественных наук (АОН) при ЦК КПСС, которая в результате революционных (или контрреволюционных?) событий 1991 года преобразовалась в Российскую академию управления (сегодня это РАНХиГС). В 1992-м защитил диссертацию «Значение и роль фактора национальной идентичности в объединении Германии (конец 1980-х – начало 1990-х гг.)». Получил степень кандидата исторических наук. Еще год отучился в докторантуре той же Академии, но в 1993 году вернулся вновь в Нелидово, где отработал три года в районной администрации.

К Богу пришел постепенно. Хотя работал до того в партийных и комсомольских структурах, атеистом никогда не был. Бабушка своим примером приучила относиться к вере и Церкви с уважением. Но крещеным я тоже не был, и принял таинство только в 1989 году. Будучи в гостях у друзей в Ленинграде, 20 августа покрестился в Александро-Невской Лавре.

Ничего я толком в православном христианстве не понимал, Евангелия не читал (а где бы я его тогда нашел?). Знал только, что в крещении человеку отпускаются все его грехи. Думалось пожить еще, погрешить, ну а там, где-нибудь перед смертью покреститься и чистеньким – в рай. Но вот после крещения стала действовать благодать. Библиотека в Академии была просто великолепная. В рамках подготовки к семинарам и экзаменам по философии (кандидатский минимум) прочитал не только С. Н. Булгакова, Н. А. Бердяева, но также и Евангелие, некоторую другую богословскую литературу. Стал ходить в церковь, причащаться.

Одно меня тогда смущало: по окончании Академии работать предстояло или в партийных, или в советских структурах, а как это было совместить с моей воцерковленностью, я не представлял. Но Бог решил за меня эту проблему: в 1991 году обе структуры прекратили свое существование. Я же продолжил ходить в церковь, где меня и заметил архиепископ Тверской и Кашинский Виктор. Три года он уговаривал меня служить священником в церкви. Даже предложил «переходный» вариант: совмещать работу в администрации и служение по выходным в храме. Так и продолжалось полтора года (с 1995-го по 1996-й), когда я совмещал диаконское служение и работу в районной администрации. Но с рукоположением в священники (в октябре 1996 года) я оставил это трудное совместительство, и с тех пор служу только в Церкви.

В 2013 году принял монашество: в день памяти святителя Николая Чудотворца («зимнего») епископ Ржевский и Торопецкий Адриан постриг меня с этим именем, исправив тем самым «историческую несправедливость» (бабушка моя, Евфросиния Павловна, – Царствие ей Небесное – хотела, чтобы меня назвали Николаем, поскольку родился я на Николу Вешнего).

На приходе один человек стоит пяти

– Большой ли у вас клир? У других священников есть светское образование?

– Нас шесть человек священнослужителей – пять священников и один диакон. Священники все первоначально имели только светское образование. Настоятель, иеромонах Николай (Голубев), – МГИМО, протоиерей Сергий Малышев – Тверской медицинский институт, протоиерей Андрей Крылов – Тверской политехнический институт, иерей Сергий Новиков – Ярославское военное финансовое училище, иерей Сергий Акимов (член Патриаршей комиссии по спорту) – Нелидовский колледж (продолжает вести секцию бокса для детей). Впоследствии все заочно окончили духовные семинарии.

За исключением настоятеля, все имеют семьи с детьми (от двух до четырех деток в каждой семье). Диакон, отец Георгий Иванов, в настоящее время заканчивает заочно третий курс кафедры теологии Тверского государственного университета.

– А кто помогает заниматься социальной работой на приходе? 

– Жизнь нашего прихода весьма активна. Произошло это благодаря линии Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла, который призвал иметь в каждом благочинии, в каждом крупном приходе помощников по социальному служению, по образованию и катехизации, по миссионерской работе, по молодежной работе. Где их было взять? Среди прихожан? Не всегда это возможно, к сожалению.

Поскольку работы много, да к тому же каждая из них предполагает и определенную отчетность, я обратился за помощью к своим бывшим коллегам по работе в районной администрации. Поэтому за все участки отвечают люди опытные. Несмотря на не совсем молодой возраст (все они уже на пенсии, да и я не юноша), они дадут фору еще многим молодым. Опыт сказывается. Когда создавалась Ржевская и Торопецкая епархия, они некоторое время возглавляли работу и всех епархиальных отделов, несмотря на то, что мы находимся в Нелидово, а епархиальное управление – во Ржеве. И лишь где-то через полгода, когда наш владыка, епископ Адриан, смог найти людей на месте, наши сотрудники вернулись к своим прямым обязанностям.

Через наш приход проходит очень много гуманитарной помощи. Он является в этом смысле опорной базой для всей западной части епархии (шесть районов Тверской области). Это тонны продовольственных товаров и кипы бумажной отчетности. Но помощник благочинного по социальному служению, очень уважаемый в городе человек, Галина Васильевна Ляпина с этим справляется, даже когда подводит здоровье.

С директором Воскресной школы, Надеждой Ивановной Цветковой, мы тоже трудились ранее в администрации. Сегодня у нее на попечении более 80 детишек и шесть педагогов. И с помощником по миссионерской работе, Тамарой Васильевной Доскач, мы ранее сотрудничали в администрации.

Есть у нас и свой сайт, и своя приходская газета («Нелидовский Благовест»). Раньше эту работу вел бывший редактор районной газеты Юрий Григорьевич Петров. Но возраст и здоровье не позволили уже дальше заниматься любимым делом. Теперь за всю информационную работу отвечает молодой специалист – Алёна Алексеевна Михайлова (которая, кстати, закончила Ташкентскую духовную семинарию). Раньше молодежной работой на приходе занимался покойный ныне, к нашему глубокому сожалению, Олег Владимирович Дворников. Он со своими (с нашими) ребятами объехал все возможные фестивали и конкурсы молодежных СМИ. Утрата невосполнимая. Чтобы его заменить, нужно человек пять. И вот их трудно найти.

По святым местам

– При такой активной приходской жизни остается ли время на то, чтобы, скажем, поехать куда-то в паломническую поездку? Какие святыни для Вас особенно дороги?

– Моя духовная жизнь начиналась с Троице-Сергиевой Лавры. Туда я первый раз съездил по обету в августе 1980 года, когда поступил в институт. Правда, по дороге меня облапошили цыганки: хитростью выманили 10 рублей. Но со скандалом удалось вернуть у них трешку, чтобы было хоть на что свечку поставить… Туда продолжаю ездить к своему духовному отцу, архимандриту Лаврентию.

Вторым моим духовным домом является Александро-Невская Лавра Санкт-Петербурга, где меня крестили. Обязательно посещаю могилу владыки Иоанна Снычева. Очень люблю монастырь на Карповке, где бываю каждый раз, когда приезжаю в Северную столицу. И, конечно же, Смоленское кладбище и часовня святой блаженной Ксении Петербургской. Кстати, за основу проекта нашего строящегося  храма был взят разрушенный ныне храм из Троице-Сергиевой Пустыни Санкт-Петербурга, там мне тоже удалось однажды побывать. Самостоятельно посетили в 1990 году со своими академическими друзьями Оптину Пустынь, когда она только восставала из руин.

Во время учебы в АОН (все четыре года) с большой радостью ездил на Пасху исповедоваться и причащаться в село Ермолино Ивановской епархии к игумену Антонию (Логинову). А в прочие дни ходил в церковь Петра и Павла у Яузских ворот, где настоятелем был протоиерей Аркадий Станько, и в церковь Всех Святых на Кулишках. С владыкой Тверским и Кашинским Виктором мне посчастливилось побывать во многих святых местах – в Псково-Печерском монастыре, в Толгской обители, в Киево-Печерской Лавре, в Почаевской Лавре, в Корецком монастыре… Были и на Афоне, и в Иерусалиме, и в Бари — у мощей святителя Николая Чудотворца, где служили Литургию… И очень радостно всегда бывать в гостях у архимандрита Аркадия (Губанова), наместника Ниловой Пустыни, в Осташкове. Здесь преподобный Нил Столобенский принимает всегда очень радушно.

«Единением и любовью спасемся»

– Как ваш приход вошел в Иоанновскую семью?

– Членами Иоанновской семьи мы стали по приглашению старшего священника Иоанновского монастыря Санкт-Петербурга отца Николая Беляева и по благословению владыки Виктора. Мне удалось побывать на учредительном собрании Юбилейных торжеств в Санкт-Петербурге. Отец Сергий Малышев, отец Сергий Новиков и председатель нашего попечительского совета по строительству храма Татьяна Михайловна Кузнецова побывали в знаменательной поездке на родину святого Иоанна Кронштадтского в Суру.

Важность любого объединения людей с добрыми намерениями сегодня актуальна как никогда. И из своей приходской практики, и из повседневной жизни постоянно наблюдаю, как распространяется нынешний «дух времени» (есть такой особый термин с вполне конкретным смыслом). И этот дух нынешнего времени – «ненавистная рознь века сего».

Растут эгоизм и разобщенность. Каждый старается что-то себе тихонько урвать, утащить в норку и самому все съесть. Нужны сознательные усилия людей, которые в жизни руководствуются не принципом прибыли, а принципом любви к Богу и человеку, чтобы победить этот дух времени. И я уверен, что победа будет именно за последними. Потому что, по слову преподобного Сергия Радонежского, «единением и любовью спасемся». Не в силе Бог, а в Правде. А если Бог за нас, то кто против нас?!

– Какова, по Вашему мнению, сила совместной молитвы, единения, которое мы видим на примере Иоанновской семьи?

– Именно молитва спасла нашу страну из той пропасти, в которую она ввалилась в конце 1980-х – в 1990-х годах. Если бы не Церковь, не произошло бы этого русского чуда возрождения из пепла. Еще много неправды и несправедливости в нашей жизни. Силы тьмы пытаются и будут еще пытаться взять реванш. Но исторически они – уже отыгранный материал. Материалом они сделали себя сами.

В понятие Державы (а Россия – это именно Держава, это форма ее существования, избранная Богом, и без державности ее просто не станет) входит глагол «удерживать». И мы, христиане, призваны удерживать, каждый на своем участке духовного фронта, того врага, который рвется в мир. Те ребята, что гребут только под себя, встали не на ту сторону. Наша же задача – не пропустить врага на своем участке. Если мы это сделаем, – а с Божьей помощью мы это сделаем! – темпы нашествия замедлятся, а потом и вовсе захлебнутся. Нас все равно больше. И тех, кто за нас, гораздо больше,  чем тех, кто за них!

– Ваши пожелания Иоанновской семье…

– Молиться друг за друга, преодолевать неправду в себе, не отходить от единства Церкви, не унывать, уповать на помощь Божию по молитвам великого святого – отца Иоанна Кронштадтского – и за все благодарить Господа. С Богом!

Интервью провел Геннадий Шипов,
Ржевская епархия

Навигация

Система Orphus