Не заботьтесь

Во всём Евангелии, кажется, нет слов, которые современному человеку принять так трудно.

Сегодня мы слышали эти слова. «Не заботьтесь» – сказал  Господь.

Легко сказать «не заботьтесь» тому, у кого ничего не болит и ни за кого не страшно. А кто из нас не лежал ночью с открытыми глазами, пересчитывая в уме то, чего не хватает: денег, лекарств, времени, кто не беспокоится о детях, кого не тревожит завтрашний день? И вот приходит Господь и говорит: не заботьтесь, что есть и что пить, во что одеться.

Но прежде чем сказать «не заботьтесь», Господь говорит другое, и будто совсем о другом. Светильник для тела есть око. Если око твоё чисто – всё тело светло; если худо око – всё тело во тьме. А сразу за этим говорит про двух господ: нельзя служить и Богу, и маммоне. И только потом говорит про птиц и лилии.

Три разные проповеди, сказанные вместе? Будто Господь переходит с одной темы к другой. Но сказал Он это на одном дыхании. Значит, что-то держит их вместе.

Держит то, что Он называет оком.

В том слове, что у нас переведено «чисто», по-гречески стоит ἁπλοῦς и значит оно не столько «чистое», сколько «простое», «цельное», «неразделённое». Око, которое смотрит в одну сторону. А худое око — это когда одним глазом человек смотрит на Бога, а другим косится на то, что боится потерять. И не видит ясно ни того, ни другого. Невозможно одновременно смотреть в две стороны.

Вот почему сразу идет разговор о двух господах. Раздвоенное око и есть раздвоенное сердце. А тревога, та самая ночная забота о завтрашнем дне, это и есть тьма, которая заливает человека, когда взгляд раскололся надвое.

И тогда понимаешь странную вещь. Мы устаём и тревожимся не оттого, что у нас слишком мало чего-то. А оттого, что смотрим сразу в две стороны, хотим услужить двум господам, желаем противоположных вещей.

Господь ведь не говорит: перестаньте есть, бросьте работу, забудьте о детях. Он говорит о птицах и лилиях, но не о лени или беспечности их говорит. Посмотрите, как растёт полевая лилия: её никто не сеял, она не пряла себе одежд, простоит несколько дней и исчезнет, а одета она так, как и Соломон во всей славе своей не одевался. Это не похвала беспечности. Это о том, что есть Отец, Который одевает даже траву, обречённую завтра засохнуть и исчезнуть навсегда. Одевает ее так, что ни один художник мира не способен повторить. И если так  Он относится к траве, то насколько же Он заботится о нас.

«Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всём этом». Он уже знает это, знает раньше нас и лучше нас. Мы верим, что Бог сотворил мир и спас нас на Кресте, а доверить Ему завтрашний день почему-то не выходит. Самое большое доверяем, а самое малое держим в кулаке и боимся разжать.

«Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и это всё приложится вам». Господь не запрещает заботу о хлебе, Он только говорит, чему быть первым. Пусть одно станет первым, и око снова станет цельным, и тьма отступит, и вернётся свет.

Сегодня Церковь вспоминает великомученика Феодора Стратилата, военачальника, правителя города, человека высокого чина и почёта. Ему довольно было одного поклона идолам, чтобы сохранить всё: и положение, и славу, и саму жизнь. Он не стал делить себя надвое. Не презрел мир, просто его око смотрело в одну сторону. И он выбрал одного Господина.

Нам, кажется, не придётся выбирать так громко. Наш выбор тише и каждодневнее: на что я смотрю прямо сейчас. Куда повёрнут мой взгляд этим утром: в этой очереди, над этим счётом, рядом с этим человеком.

Сегодняшнее «Не заботьтесь» – это не обещание, что заботы исчезнут. Счета останутся, и дети будут болеть, и завтрашний день яснее не станет. Но тот, у кого око цельно, видит всё это иначе.

Пусть Господь дарует каждому из нас это простое, цельное око, чтобы посреди всех наших забот видеть прежде всего Его.

Митрополит Тверской и Кашинский Амвросий. 21 июня 2026 года. Третья неделя по Пятидесятнице. Владимирская церковь д. Селищи, Тверская область.