Сайт создан по благословению Высокопреосвященнейшего
Митрополита Тверского и Кашинского Виктора

С.И. Чевакинский и церковь Смоленской Божьей Матери в Выдропужске

Смоленская церковь в Выдропужске (ныне в Спировском районе, ранее находилась на территории Вышневолоцкого уезда) привлекает внимание историков архитектуры в первую очередь в связи с именем одного из самых известных русских зодчих середины XVIII в. Саввы Ивановича Чевакинского. Вполне естественно предположить, что знаменитый архитектор, будучи прихожанином этой церкви и владельцем двух соседних деревень – сельца Пестово и сельца Вёшки1 , является автором ее проекта. Однако до сих пор прямых документальных подтверждений этой гипотезы найти не удавалось. Указание на то, что в паперти церкви был похоронен «строитель храма» С.И. Чевакинский2 , не может служить доказательством его авторства, поскольку «строителем» в то время называли того, по чьему прошению и на чьи средства сооружался храм, а вовсе не архитектора – автора проекта. Кроме того, полностью перестроенная в 1830-е гг. церковь не позволяет в должной мере судить о ее первоначальной архитектуре и, таким образом, не дает возможности исследователю приписать этот памятник руке Чевакинского только на основании сравнительного анализа с другими, подлинными произведениями мастера.

План церкви Смоленской Божьей Матери в Выдропужске (обмер 1990 г.). Черным обозначены стены первоначального храма, построенного по проекту С.И.Чевакинского
 
Несколько архивных дел Тверской духовной консистории, хранящиеся ныне в ГАТО3, позволяют следующим образом описать историю строительства Смоленской церкви. Издавна на погосте Выдропужской ямской слободы стояла Смоленская церковь с приделами Рождества Иоанна Предтечи и Николая Чудотворца, которая сгорела (вероятно, в начале XVIII в.), а в 1711 г. рядом была построена деревянная церковь Георгия. В апреле 1756 г. С.И. Чевакинский, поддержанный другими прихожанами, подал прошение о разрешении на месте сгоревшего храма выстроить новую каменную церковь с тремя престолами прежнего наименования. Благословение Синода было получено в том же году, однако строительство храма затянулось на многие годы. Только в 1766 г. из Новгородской духовной консистории (Выдропужск тогда входил в состав Тверской провинции Новгородской губернии) была получена так называемая сборная книга, которая давала возможность прихожанам собирать пожертвования на строительство храма.
 
Книга поступила к Чевакинскому, который отправил доверенных лиц для сбора денег в разные города и уезды, благодаря чему за шесть лет было собрано 70 рублей 77 копеек. Между тем 29 августа 1769 г. церковь наконец была заложена, но в тот год лишь сделали фундамент будущего здания. Кроме того, на собранную сумму заготовили строительный материал (150 тысяч кирпичей и 350 четвертей извести). В течение следующих нескольких лет работы по сооружению храма не производились, а в мае 1773 г. С.И. Чевакинский был обвинен одним из священников выдропужской церкви, Никифором Афанасьевым, в затягивании строительства («учинил самое малое к строению той церкви начинание»4) и в сокрытии от причта и прихожан сведений о собранных деньгах по сборной книге. Кроме того, священник Афанасьев утверждал, что прихожане, видя «нерачение» Чевакинского, вознамерились построить новую деревянную церковь, однако Чевакинский им в том препятствует. В ходе следствия, произведенного по приказу Новгородского духовного правления, выяснилось, что прошение о сооружении деревянной церкви было составлено Афанасьевым без ведома и согласия прихожан и церковного причта. Не соглашались они и с обвинениями против Чевакинского, ссылаясь на то, что он заготовил уже достаточное количество материала для строительства. В результате по решению Новгородской духовной консистории от 29 апреля 1774 г. священник Афанасьев «за неосторожное от имени ямщиков прошение» был нестрого наказан: послан на месяц для священнослужения в Николаевскую Столпенскую пустынь (под Вышним Волочком – ныне поселок Белый Омут).
 
В восстанавливаемом храме. Е.И. Ступкин, настоятель храма о. Георгий и настоятель храма в с. Матвеево о. Михаил
 
Вместе с тем Валдайскому духовному правлению было велено «брегадиру Чевакинскому пристойным образом объявить, чтоб он о построении в немедленном времени каменной церкви приложил старание»5, а также чтобы и прихожане-ямщики «принуждены» были к строению. Тем не менее работы возобновились только через год – в мае 1775 г., а к августу было «построено с фундамента вверх восемь аршин и с четырьмя столбами и в средине двумя простенками»6. Другими словами, в течение трех месяцев были выложены стены и столбы храма на высоту 5,6 метров, то есть примерно на 2/3 высоты нижнего объема здания. О дальнейшем строительстве церкви ничего неизвестно, но к сентябрю 1784 г. оно было завершено, и, очевидно, вскоре храм освятили (антиминс был выдан 18 сентября). К началу 1792 г., помимо главного престола во имя Смоленской Божьей Матери, в холодном храме существовали приделы Рождества Иоанна Предтечи и Покрова Богородицы (вместо предполагавшегося первоначально придела Николая Чудотворца). В 1793 г. началось строительство отдельно стоящей колокольни, во втором ярусе которой был устроен единственный тогда теплый придел во имя Георгия. В 1830-е гг. между храмом и колокольней была сооружена трапезная (теплая церковь) с двумя приделами – Николая Чудотворца и Успения Богородицы7, а фасады первоначального здания полностью переделаны и украшены четырехколонными портиками. 
 
Таким образом, с именем С.И. Чевакинского, умершего в 1779 г.8, связана только первоначальная часть церкви – собственно храм: центрический крестообразный в плане объем, завершенный крупным восьмериком. Документ, свидетельствующий о Чевакинском как об авторе проекта выдропужской церкви, находится в архивном деле, которое до сих пор не привлекало внимание исследователей9. В прошении церковнослужителей и прихожан, написанном в сентябре 1784 г. и обращенном к Иоасафу, епископу Тверскому и Кашинскому, в связи с просьбой об освящении храма говорилось: «В нашем приходе находившийся в прошлом году умерший помещик обер-интендант Сава Чевакинский как человек архитектуре обучавшийся сочинил на церковь нашу план, в котором назначил первым трем престолам быть в обыкновенном порядке, а четвертому в трапезном месте на хорах, чем не только отнял с западной стороны в церковь свет, но и приближена опасность, которой знаки небольшою трещевиною уже показываться начали; потому наипаче что арки каменные, на коих должны утверждаться хоры или целый придел, будучи без всяких связей и нетолсты, кажется не содержат в себе крепости, которая бы могла равна быть приготовляемой тяжести. И ежели ныне, когда еще оные хоры только вчерне посланы, начали несколько причинять повреждения, то чего можно ожидать по совершении чрез которое столько же еще присоединится тяжести. А паче когда устроен будет придел и соберется множество народа, о чем мы обще рассуждая, кроме выше помянутого Чевакинского сына Александра Савича, защищавшего оцевский (т.е. отцовский. – Г.С.) прожект, предположили оные хоры отменить…» Просьба прихожан, вероятно, была удовлетворена, поскольку в более поздних документах придел на хорах не упоминается. 
 
Названное дело, помимо указания на авторство С.И. Чевакинского и на любопытную особенность его проекта, важно также содержащейся в нем описью церкви, составленной в сентябре 1784 г.10 Особенно ценно описание иконостаса: «Иконостас столярной работы дорического ордена с колоннами, убран резьбою, на полименте вызолочен золотом первого номера двоиником, а корпус покрыт серью венецианской зеленого цвета; образа, работанные из масляных красок видом под греческую работу…» Перечислены также все иконы четырех рядов (местного, праздничного, деисусного и пророческого) иконостаса, который завершался резным позолоченным Распятием с предстоящими Богородицей и Иоанном Богословом. В алтаре располагалась надпрестольная сень: «Балдахин резной на осми столбах резных же, позлащенный на полимент, а в нем на блафоне (т.е. на плафоне, или потолке сени. – Г.С.) написан ангел, держащий в руке потир…»
 
Проект выдропужской церкви был составлен, скорее всего, одновременно с прошением о строительстве храма в 1756 г. Тогда и в последующие годы Чевакинский выполнял многочисленные работы для Академии наук, а также наблюдал за строительством колокольни Никольского Морского собора, разрабатывал проекты для других сооружений Петербурга11. Возможно, именно это обстоятельство долгое время не позволяло начать сооружение церкви. Лишь после того как архитектор вышел в отставку в 1767 г. и постоянно стал жить в Новоторжском уезде, дело сдвинулось с мертвой точки. Вероятно, при жизни Чевакинского храм был выстроен только вчерне, а отделка его, скорее всего, производилась уже после смерти зодчего. 
 
Смоленская церковь в Выдропужске – не единственное произведение С.И. Чевакинского в новгородско-тверских землях, с которыми был связан преимущественно поздний период творчества зодчего. Исследователи однозначно приписывают ему проект церкви Михаила Архангела в Хотилове12 (Валдайский уезд Новгородской губернии, ныне – Бологовский район Тверской области), построенной в 1763 – 1767 гг.13. На мой взгляд, творческий почерк Чевакинского ощутим в архитектуре не сохранившегося до наших дней Казанского собора в Вышнем Волочке, сооруженного в 1759 – 1771 гг.14. В самом конце своей жизни Чевакинский принимал участие в осуществлении регулярной застройки Вышнего Волочка: по крайней мере известно, что он занимался планировкой одного из кварталов города15. Не исключено, что в Торжке, где, по предположению исследователей, Чевакинский мог жить после отставки, какие-то здания были построены по его проектам16. Произведения Чевакинского, созданные в провинции, безусловно, представляют значительный интерес, но слабая их изученность пока не позволяет в полной мере оценить эту сторону деятельности одного из наиболее выдающихся русских архитекторов XVIII в.
 
Примечания
1. Согласно материалам Генерального межевания 1777 г., сельцо Вёшки в то время находилось в совместном владении С.И. Чевакинского и майора Афанасия Афанасьевича Перского, и здесь находились две небольшие дворянские усадьбы с деревянными постройками и регулярными парками (РГАДА. Ф. 1354. Оп. 502. Ч. 1. Д. В-61 кр.), а сельцо Пестово принадлежало кроме С.И. Чевакинского артиллерии капитанше Прасковье Михайловне Суловой, вдове майорше Мавре Естифьевне Перской и поручику Василию Владимировичу Чевакинскому (там же. Д. П-90 кр.).
2. ГАТО. Ф. 160. Оп. 6. Д. 662. Л. 1.
3. ГАТО. Ф. 160. Оп. 6. Д. 621, 631, 633, 640, 642, 681. Учтены также названия несохранившихся дел: 151, 160, 162, 167, 168, 179, 180.
4. ГАТО. Ф. 160. Оп. 6. Д. 621. Л. 1.
5. Там же. Л. 71.
6. Там же. Л. 112.
7. Добровольский И. Тверской епархиальный статистический сборник. Тверь, 1901. С. 217.
8. Точную дату смерти Чевакинского установили тверские архивисты Г.М. Дмитриева и Н.В. Овчинникова. См.: Дмитриева Г.М., Овчинникова Н.В. К биографии С.И.Чевакинского. // Отечественные архивы. 1999?. 5. С. 84 – 85.
9. ГАТО. Ф. 160. Оп. 6. Д. 633. Л. 1 – 1 об.
10. Там же. Л. 2 – 2 об.
11. Петров А.Н. Савва Чевакинский. // Зодчие Санкт-Петербурга. XVIII век. СПб., 1997. С. 305 – 306, 315 – 316.
12. Багажова И.В. Над куполами ветры двух столетий. // Новая жизнь (Бологое). 1981, 19 мая (№ 60); Петров А.Н. Савва Чевакинский. Л., 1983. С. 143; Седов Вл. В. Церковь Михаила Архангела в Хотилове. // Проект классика. I-MMI. С. 32; Корсунова Т.Н. Пусть не зарастет народная тропа… // ВИКА. № 6. Вышний Волочек, 2002. С. 110. 
13. Памятники архитектуры Тверской области. / Сост. Г.К. Смирнов. Тверь, 2002. Кн. 2. С. 146.
14. Там же. С. 176. 
15. ГАТО. Ф. 166. Оп. 2. Д. 19. Л. 17.
16. Утверждение о том, что дом купца Кутафьева в Торжке (современный адрес – пл. 9 Января, 3) проектировал Чевакинский (Корсунова Т.Н. Указ. соч. С. 110) требует документального подтверждения, хотя архитектура его действительно близка творчеству этого мастера.
 
Список сокращений
ГАТО – Государственный архив Тверской области.
РГАДА – Российский государственный архив древних актов.
 
Г.К. Смирнов, Вышневолоцкий историко-краеведческий альманах №10, стр. 7-14

Навигация

Система Orphus